Книга Пепел желания, страница 68 – Клара Рутт

* * *

Илмарис нас встретил вооруженной армией. Генерал Маррик лично вышел к главным воротам — седой, прямой, с непроницаемым лицом воина, который видел слишком много, чтобы удивляться приказам. Я оглянулась: вся площадь была залита серебром доспехов. Слишком много. Слишком близко к воротам.

— Что это значит, генерал? — спросила я как можно тверже. А сама перебирала в голове варианты: оппозиция вышла из тени? Одинокие Холмы бросили перчатку за связь с Даркханом? Или сам Карнак пошел на меня войной? Что могло измениться за неполные двое суток моего пути?

Маррик спешился и склонил голову — ровно настолько, сколько требовал этикет. Ни больше, ни меньше.

— Владычица. Поступил приказ усилить охрану периметра в связи с вашим возвращением.

— Чей приказ?

Он поднял на меня глаза. В них не было тени — только усталая преданность человека, который привык исполнять, а не спрашивать.

— Совета, владычица. Лорд Кассиан подписал его перед отъездом в Топи. На случай беспорядков.

— Беспорядков, — повторила я. Медная жилка на запястье дернулась. Ох, Даркхан… надеюсь, ты не сорвешься.

— Горожане встревожены слухами, — Маррик говорил ровно, будто докладывал обстановку. — О вашей… болезни. О том, что вы…

Он запнулся.

— Что я? — подбодрила я.

— Что вы не вернетесь, владычица. Совет счел нужным подготовиться к худшему.

Подготовиться к худшему… Как аккуратно. Как… по-кассиановски.

Я посмотрела на солдат. Они стояли ровно, глядя прямо перед собой. Никто не опускал глаз. Никто не отводил взгляда. И не издавал ни звука. Город накрыла вязкая тягучая тишина.

Илмарис молчал. В вечерние часы на главной площади обычно было шумно — зеркальщики спорили у фонтанов, торговцы перекрикивались о ценах но товары, дети визжали и требовали внимания. Сейчас здесь разместилась только армия. И за спинами солдат пустые окна: ни одного лица. Ни одного взгляда.

Но Маррик мог и не осознавать, кому подчиняется. Для него слово Кассиана приравнивалось к моему.

— Ты знаешь, зачем ты здесь на самом деле? — спросила я тихо, чтобы слышал только он.

Мужчина моргнул. Всего раз — но для него, всегда непроницаемого, это было много.

— Защищать вас, владычица.

— Это тебе сказали. А на самом деле?

И снова тишина. Тяжелая, как камень. И такой же камень в его преданном взгляде.

— Я солдат, — наконец сказал он. — Я не разбираюсь в интригах. Но знаю одно: я присягал вашему отцу, присягал вам. И если кто-то хочет причинить вам вред… — Он положил руку на меч. — Ему придется пройти через меня.

Он говорил то, во что верил, я видела это: хрустальный зрачок не дрогнул. Но искренность не спасает от слепоты.

— Ты не знаешь, кто враг, Маррик, — прошептала я. — Войско следовало выставлять не у ворот города, а у стен Иглы.

Он выпрямился. На его лбу углубились морщинки.

— Тогда скажите мне, владычица.

Я покачала головой:

— Не здесь. И не сейчас. Сейчас — распусти войско.

— Владычица, приказ Совета…

— Я твоя владычица, — оборвала я. — Не Совет. Отпусти солдат. Пока что.

Он колебался. Секунду. Две. Но отдал приказ, и армия, как единый механизм, начала перестраиваться. Торн тронул меня за плечо. Я обернулась. «Не нравится мне это», — показал он. Я кивнула:

— Мне тоже.

Карета наконец проехала на площадь. Ворота за нами закрылись — с лязгом, от которого заныли зубы.