Книга Порочный босс для тихони, страница 42 – Арина Арская

— Вас кто-то обидел? — тихо спрашивает таксист.

— Да, — скрежещу зубами и сжимаю кулаки. — Меня обидел мой босс. Очень сильно обидел!

— И, кажется, ему не поздоровится, — он хмыкает в ответ и поглаживает щеку. — Женщин нельзя обижать.

— Да и вы сами тоже кого-нибудь да обидели, — я отворачиваюсь к затонированному стеклу, глядя на яркие огни фонарей и дома, в которых горят одинокие окна. Кому-то, как и мне не спится. — Обидели и сами не поняли.

— Возможно.

— Не возможно, а точно, — убежденно ворчу я. — Кто-то из-за вас обязательно плакал и страдал.

Таксист принимает решение молчать, а то такими темпами я его во всех смертных грехах обвиню и ему придется оправдываться за каждый проступок перед женщинами за всех мужчин, в том числе и за Евгения.

— Да, — внезапно подает он голос, — кажется, жена на меня обиделась сегодня.

— За что? — я тут же оживаю и смотрю на его затылок.

— Не знаю.

— Знаете, просто не хотите этого признавать, — я скрещиваю руки на груди, — но вы можете позвонить и спросить. Только ласково, а то вам ничего не скажут и обидятся еще сильнее.

— За рулем звонить не буду, — таксист задумчиво жует губы, а через секунду вздыхает. — Как же с вами тяжело.

— Будто с вами легко.

Воцаряется тишина. А чего с нами-то тяжело? Достаточно не быть высокомерными мудаками и только. На меня набегает новая волна злости, и я бью себя по колену, тихо выругавшись. Я ведь с ним была не из-за денег! А из-за любопытства, желания узнать его и себя поближе, получить новый опыт в жизни, а он мне подачку кинул! Серьезную, конечно, подачку, но я не в меркантильных целях заявилась к нему вся такая красивая.

— Вас там ждут? — спрашивает таксист, паркуясь на пустой парковке перед клубом.

Не совсем пустой. Под ночным небом прямо красуется хищная машина Евгения. Он еще здесь и это хорошо, ведь ядовитая злоба до утра съест меня изнутри, и я умом двинусь.

— Нет. Я буду сюрпризом, — проверяю мобильное приложение, что выяснить, списалась ли плата за поездку, и накидываю двадцать процентов чаевых.

— Тогда я подожду, а то вдруг я уеду, а вы тут одна и на улице останетесь.

Благодарю его за беспокойство и выползаю в ночную прохладу. Шаркая тапочками, подхожу к глухой металлической двери и дергаю за ручку. Заперто. Решительно чешу нос и начинаю изо всех сил тарабанить и пинать дверь, обрушивая на нее свое неистовство раздосадованный женщины, которую посмел оскорбить подлый эгоист.

— Да кого там еще принесло?! — слышу сердитый глухой голос Ромы. — Мы закрыты!

Мои удары становятся ожесточеннее, и раздается скрежет металла и щелчки. Отхожу на пару шагов, и дверь с тихим поскрипыванием распахивается.

— Ты еще кто такая? — Рома окидывает меня презрительным взглядом. — Чего надо?

— Он тут? — я запахиваю халат и деловито подпоясываюсь.

— Кто? — Рома кривит лицо, но не торопится запирать дверь, и я замечаю в нем искру бесовского любопытства.

— Евгений, — я твердо и решительно смотрю в его лицо.

— Нет, — он лукаво улыбается. — И знать не знаю никаких Евгениев.

— Лжец, — беспардонно отпихиваю Рому в сторону и ныряю в полумрак.

С каждым шагом моя уверенность тает, и я оглядываюсь на Рому, который запирает дверь, и разочарованно цокаю. Он каждую девку с улицы сюда пускает? Вот если бы он меня выгнал, то ситуация была бы куда проще. Касаюсь холодными пальцами лба, делаю медленный вдох и вхожу в следующие двери в сопровождении Ромы.