Книга Бывший муж. Ты забыл, как любил меня, страница 23 – Арина Арская

Он рывком отшвыривает Костю на кровать и делает к нему шаг, разминая шею:

— С мамой никого не должно быть… — Костя начинает трястись, — а потом ты вернешься.

Слава накрывает лицо рукой и медленно выдыхает:

— Не вернусь, — убирает руку от лица, — потому что я люблю Машу, Костя. Ты это понимаешь? И развелись мы с твоей мамой, потому что я полюбил Машу.

Я бесшумно выхожу из комнаты, прикрываю дверь, и мой взгляд встречается со взглядом Маши, которая притаилась в полумраке коридора.

Конечно же, она же должна была услышать слова Славы о его любви к ней.

Не хочу обвинять ее в том, что она специально меня поджидала, чтобы потешить свое женское эго, но… не могу.

— Кариш, я там нам чай заварила, — она берет меня за руку, — не будем Славе мешать.

— Я поеду к Андрею, — медленно вытягиваю руку из ее мягкого и теплого захвата, — я сейчас должна быть с ним.

Я иду по коридору и слышу строгий голос Славы:

— Карина, я тебя отвезу. Мне тоже надо побеседовать с Андреем. И извиниться. Это моя вина. Я недоглядел.

— Ты оставишь мальчиков с Машей? — обеспокоенно оглядываюсь я. Маша бледнеет. — Не боишься?

— Мой отец сейчас с твоим заедут, — шагает мимо в прихожую, — пусть теперь старшее поколение мужиков постирают Косте и Грише мозги.

Маша все равно стоит бледная. Глаза выдают, что она нервничает. Она не мальчиков боится, а того, что Слава останется со мной наедине.

Боже, какая глупость, ведь я за этими тревогами о сыновьях и Андрее, почти забыла о том, что Слава был для меня все миром.

Почти забыла.

9 лет и 3 месяца назад

— Я тебе говорила, что ты зря с этой разведенкой связался? — возмущенно шипит мама Андрея, Тамара Владимировна, — С разведенкой с двумя прицепами! И что теперь? Ты на больничной койке! И защищаешь этого выродка! Ты должен написать заявление!

Я стою у двери палаты и медленно выдыхаю. Претензии Тамары Владимировны были ожидаемы.

Я ей сразу не понравилась.

По ее мнению, от хороших женщин мужья не уходят.

В воздухе витает тяжелый запах больницы: лекарств, хлорки и сладких духов медсестер.

— Мам, я тебя прошу… — слышу сдавленный голос Андрея.

Я должна войти, но ноги вросли в плитку на полу.

— Она тебя использует, — продолжает возмущаться Тамара Игоревна, — и ты это прекрасно понимаешь! Может, она и беременна совсем не от тебя? Слишком уж у твоей Карины близкие отношения с бывшим мужем…

— Мам, — голос Андрея становится строже, — это мой ребенок.

— Неужели нельзя было найти свободную, одинокую девушку без агрессивных уродов в анамнезе…

Тут я все же не выдерживаю и резко распахиваю дверь. От неожиданности Тамара Владимировна вздрагивает, бледнеет и поджимает губы.

— Вы не имеет никакого морального права оскорблять моих сыновей, — тихо говорю я.

— А как мне о них выражаться?! — повышает голос. Ее короткие волосы, крашенные в неестественно яркий рыжий, торчат ежиком. — Воспитала каких-то волчат… Зверенышей. Хотя чего ожидать от матери, которая так быстро с другим мужиком закрутила, — кривит тонкие губы и презрительно оглядывает мой округлившийся живот, — еще и залетела, как малолетка… Хотя вряд ли от моего сына.

Скрип двери. Я по морозному парфюму узнаю, что в палату за мной зашел Слава.

— Мама, я тебя очень прошу, — тихо и устало отзывается с больничной койки Андрей и медленно садится, — оставь нас.