Книга Предатель. Я желаю тебе счастья с другой, страница 55 – Арина Арская

Я будто не про себя рассказываю, а про кого-то другого. Будто про выдуманную девчонку-хохотушку, которая по утрам с криками бежала за трамваем и требовала подождать или хотя бы притормозить.

— А папа?

Я отворачиваюсь и поджимаю губы не в силах сделать даже вдох.

— Каким был папа?

— Красивым самодовольным козлом! — повышаю голос и зло смотрю на Оксану, которая испуганно округляет глаза. — Вот каким он был! Вокруг него вечно девки крутились, а он… идет себе, с ними сквозь зубы разговаривает, морду кривит рычу я, — белая рубашечка на несколько пуговиц расстегнута, рукава закатаны.

Волосы взъерошены… Боже, какая я дура была, — опять отворачиваюсь и скрещиваю руки на груди.

— Я же уже тогда знала, что он сволочь.

— Мам!

— Это была моя ошибка, Оксана, — вздыхаю. — Этот козлина однажды зырк на меня, а ему в ответ… рожу скривила и язык показала… Господи, — прижимаю к лицу ладонь, — ну, дура же. У меня уже тогда с мозгами не все было в порядке.

— А дальше?

— Дальше твой папа, — перевожу злой взгляд на Оксану, — очень был впечатлен отличницей в короткой юбке и больше не давал прохода.

Он тогда после моей глупой детской гримасы подкараулили меня после пар, нагло затащил меня в закуток за университетским гардеробом и прохрипел в лицо:

— У тебя очаровательный язычок.

И отличница, которая любила провоцировать парней короткими юбками и отказывать им, не возмутилась жадному глубокому поцелую. Да, для приличия укусила Мишу за язык, но я знала, что это его не остановит, а наоборот раззадорит.

— А сейчас ссоритесь, — с тоской отзывается Оксана и падает на подушку. — Может быть, тебе надо опять надеть короткую юбку?

— Сейчас-то будет некрасиво, — слабо улыбаюсь я. — Ноги худые, коленки острые.

Нет.

— А раньше ты ничего не боялась.

— Дело не в этом.

— В этом.

— Нет.

— Да, — с вызовом хмурится. — Ты боишься!

Вот тут я не могу сдержать в себе вспышку гнева, которая все же прорывается через материнскую любовь:

— Тебе спать пора! Прекрати баловаться!

— Ты боишься! — рявкает Оксана и вскакивает на ноги. Орет, — боишься!

— Замолчи!

— Что у вас тут? — раздается позади меня напряженный и строгий голос Михаила.

Мы с Оксанкой замираем, а к моему лицу поднимает волна жара. Какого черта?

Вернулся?

А его никто не ждал.

— Оксана, чего кричишь? — спрашивает голос Михаила. — Почему не спишь?

— Маме надо купить короткие юбки, — зло и с вызовом шипит Оксана, а после прячется под одеяло и сердито отворачивается. — Пока не будет юбок, я с вами не говорю.

Я медленно оглядываюсь на Михаила, который застыл в проеме двери, крепко сжав дверную ручку.

В его недоуменных глазах читается: “Какого лешего тут происходит?”

— То есть теперь в нашем доме два молчуна? — спрашивает он. — Костик и ты.

Оксана зло молчит в ответ, и я знаю, что ее угрозы молчать, пока я не надену короткую юбку, реальны. У нас дети все в упрямого папашу. Если что-то, втемяшилось в голову, то туши свет.

— Отлично, — с наигранным облегчением вздыхает Михаил, — меньше болтовни будет за завтраками. Оксан вскидывается, садится и, выпучив глаза, смотрит на Михаила, пытаясь донести ему то, что она не шутит.

— Если хочешь что-то сказать, то раскрой рот и говори, — Михаил тоже с вызовом щурится, — мне не до ваших капризов, — переводит на меня строгий взгляд, — в кабинет зайди, будь добра.