Книга Бывший муж. Ты снишься мне каждую ночь, страница 12 – Арина Арская

И посреди этого света, у окна, спиной ко мне, неподвижно стоит он. Силуэт, знакомый до каждой клеточки.

Арсений. Руки глубоко в карманах брюк, взгляд устремлен куда-то вдаль, за пределы нового спального района.

Он пьет он щурится на солнце, будто заряжается силой для своей новой, блестящей жизни.

Я делаю последний рывок, почти бесшумно разворачиваюсь на носках и останавливаюсь, заложив руки за спину. Меж нами — три метра холодного пустого пространства.

— Как тебе помещение? — Голос мой звучит на удивление ровно, вежливо и… родственно. Будто мы не бывшие муж и жена, а просто двоюродные брат с сестрой, случайно встретившиеся на просмотре недвижимости.

Он медленно оборачивается. Солнце золотит его высокие скулы, ложится в легкие морщинки у глаз. Он не улыбается. Внимательно смотрит на меня, потом скользит взглядом по голым стенам, по потолку.

— Ну, — медленно, обдуманно начинает он и опускается на широкий низкий подоконник.

Смотрит на меня снизу вверх. Взгляд его тяжелый, испытующий.

— Смотря для чего ты хочешь приобрести это помещение?

— Пока арендовать, — поправляю я и торопливо, почти бегущими шагами, подхожу к нему. Сердце колотится где-то в горле. — Есть у меня один план. — Силюсь изобразить легкую, деловую улыбку. — Бизнес-план.

Он молчит, ждет. Его молчание — как давление. Оно заставляет меня говорить дальше, выкладывать все, что я так долго и тщательно придумывала по ночам, пытаясь заткнуть дыру в сердце планами на будущее.

— Не только ты хочешь начать жизнь с нуля, — говорю я и сажусь рядом с ним на холодный камень подоконника. Поправляю воротник блузки. Пальцы дрожат. — Я хочу открыть свой косметический магазинчик.

Смотрю перед собой на идеально белую, безжизненную стену. Арсений молчит, и это молчание — знак продолжать.

— Не просто магазинчик косметики, — выдавливаю я, приглаживая юбку на коленях. Ткань шерстяная, колючая. — Но еще… небольшую лабораторию. По созданию всяких кремушков, масочек, шампуней…

Перевожу взгляд на его строгий профиль. Он слушает, не двигаясь.

— Помнишь, я по юности любила смешивать всякую ерунду и намазывать все это на лицо?

От воспоминания о том далеком, теплом прошлом, о нас — молодых, влюбленных, в груди не сжимается острая боль.

Лишь тупая, знакомая тяжесть под сердцем. Как старый, неизлечимый недуг. Я просто привыкла к ней. Она стала частью меня.

— Помню, — тихо говорит Арсений и наконец поворачивает ко мне голову. Уголок его губ чуть вздрагивает — подобие улыбки. — Бизнес-план неплохой.

— Пока вы… пока вы с детьми будете в Англии, — говорю я удивительно спокойно, даже жизнерадостно, — я займусь личным брендом косметики. Буду ходить на обучение, найму персонал, запущу первую линейку уходовой косметики. Назову её как-нибудь романтично, — снова эта дурацкая, натянутая улыбка. — Зря я, что ли, с тебя стрясла столько денег при разводе?

— У тебя все получится, — заявляет он серьезно, уверенно. В его голосе нет ни капли сомнения. Он всегда верил в мои силы. Кроме веры в наш брак. — Ты большая молодец.

Я отвожу взгляд от него, снова упираюсь в белую стену. Пожимаю плечами, чувствуя, как предательская теплота подступает к глазам.

— Ну, я хотя бы постараюсь быть молодцом и умницей, — шепчу и складываю ладони на коленях.