Книга Босс перевоспитанию (не) подлежит, страница 76 – Арина Арская

— Не знаю, — Слава сердито отворачивается к окну.

Он делает ещё несколько глотков воды. Потом с громким стуком отставляет стакан на столешницу.

Я вздрагиваю всем телом.

— Мне всё равно не нравится, что мы обманываем папу.

— Ой, ну то есть обманывать меня можно? — я опять повышаю голос, чувствуя, как кровь приливает к щекам, как начинает гореть шея. — Выставлять меня дурой перед всеми — тоже можно? А папу, видите ли, нельзя обманывать!

Я резко замолкаю, потому что замечаю, как Слава напрягается.

Он молчит, поджав губы, и продолжает смотреть в окно. Только желваки играют на скулах.

— Ладно, милый, — я выдыхаю. Воздух выходит из лёгких со свистом. — Извини, что кричу. Я не хотела. Я просто волнуюсь.

Подхожу к нему со спины. Мягко обнимаю. Но он не расслабляется в моих объятиях.

— Сыночек мой любимый...

Утыкаюсь носом в его спину.

— Просто сегодня надо нам всем постараться, — шепчу я в ткань толстовки. — А потом... потом у нас всё будет хорошо. Ты же тоже этого хочешь?

Слава молчит.

Я отстраняюсь. Разворачиваю его к себе. Смотрю в его настороженные и уже не детские глаза.

— Славик, — говорю твёрдо, — ты же хочешь, чтобы мама и папа опять были вместе?

Он смотрит на меня долго так хмуро, что я начинаю чувствовать себя неуютно.

— Если ты любишь папу, — наконец тихо говорит он, — то зачем так нервничать?

— Что?

— Вот Нина Ивановна…

Я резко вскидываю руку к его лицу. Прижимаю пальцы к губам. С угрозой прищуриваюсь.

— Не надо мне сейчас говорить про эту старую страхолюдину!

Слава щурится. Медленно перехватывает моё запястье холодными и сильными пальцами. Он убирает мою руку от своего лица.

— Вот Нина Ивановна, — упрямо повторяет он, и в его голосе появляется назидательные и снисходительные нотки, — совершенно не нервничала и не боялась папу.

Он делает многозначительную паузу.

— И даже если бы у неё ничего не получилось с пловом, то она бы не стала вот так переживать из-за этого.

— Не надо меня сравнивать с Ниной Ивановной! — ревниво клокочу я.

Голос срывается на фальцет. Я сжимаю руки в кулаки. Слава разочарованно смотрит на меня.

— Я бы, мама, всё равно сейчас приготовил бы с тобой вместе хоть что-нибудь.

— Хватит! — фыркаю я и торопливо выхожу из кухни.

Каблуки цокают по мрамору. Я почти бегу. В прихожей останавливаюсь, хватаюсь за край консольного столика. Я смотрю на своё отражение: идеальная укладка, безупречный макияж, платье из итальянской белой шерсти.

И чёртова морщинка на переносице!

— Будет так, как я решила! — кричу я в сторону кухни. Голос звенит, отражается от стен. — Я эту жизнь живу дольше и знаю лучше!

Из кухни доносится глухое, обиженное:

— Кажется, я начинаю понимать, почему вы с папой развелись.

Глава 45. Погуляй

* Руслан *

Паркуюсь во дворе моего дома, и в этот самый момент из-за поворота вылетает курьер на байке. Чёрный мотоцикл с огромным квадратным рюкзаком. Он проносится в каких-то сантиметрах от моего бампера.

Выхлопная труба байка плюётся сизым дымом прямо в моё открытое окно. Запах бензина и горячего металла врывается в салон и вызывает волну тошноты.

— Осторожнее, козлина! — рявкаю я в открытое окно.

Курьер даже не оглядывается. Только руку поднимает, и я не могу понять, он то ли извиняется, то ли посылает меня куда подальше.