Книга Развод. Вспомни, как мы любили, страница 70 – Арина Арская

— Я тоже, — Виктор медленно кивает.

— Я не хочу ни о чем сожалеть, Вить, — взгляда не отвожу. — Прыгнем и утонем.

— Я люблю тебя.

И это признание не в страсти, не в невозможности жить без меня, не в учащенном пульсе и не в черных пятнах перед глазами. Эта любовь, что родилась и вызрела за двадцать четыре года. И ничего ее не отменит. Ни развод, ни скандалы, ни другие люди на нашем пути.

Она останется с нами до конца. Мы родные, близкие и нам от этого не избавиться. Сопротивляясь, мы творим глупости, которые можем принять за желание второго шанса для наших отношений.

— Я тебя тоже люблю, Вить, — слабо улыбаюсь. — Слушай, тебе сейчас не надо быть для меня нянькой, но я попрошу тебя заняться моей студией. Зря я купила это помещение. Я туда больше не зайду, поэтому надо продать.

— Я займусь этим вопросом, но… — переводит взгляд на мою перебинтованную ногу.

— У нас три дочери, — растекаюсь по креслу. — Они за мной поухаживают. Я вокруг них побегала, пусть теперь они бегают.

Встает. Смотрит на меня, а затем подходит. Протягивает руку, и я вкладываю свою ладонь в его. Мягко сжимает пальцы, вглядываясь в глаза.

— Спасибо, что ты у меня была, — улыбается. — Есть и будешь.

Три недели спустя.

— Привет, — Виктор наклоняется ко мне и невесомо целует в щеку.

От него веет снегом и древесным парфюмом.

— Привет, — отвечаю я.

На его пальто влажные пятнышки, а на волосах тают снежинки в крохотные капельки. Он стягивает шарф:

— На улице снег.

После того разговора он ушел, и вместе с ним надрыв из души. Больше нет злости, ревности и сожаления о прошлом.

Встречи и разговоры с ним не причиняют мне больше боли, но и равнодушия нет. Я сейчас воспринимаю Виктора не как бывшего мужа, а как мужчину, с которым нас больше не связывает штамп в паспорте. У него есть своя жизнь, и сейчас отчасти для меня незнакомец.

Я, наверное, для него тоже незнакомка, потому что взгляд у него сейчас иной. В нем есть любопытство.

— А мы с твоей мамой успели, — мило улыбаюсь я, — и под снег не попали. Только забежали, и он начался.

Приглаживает волосы:

— Повезло. А маму где потеряла?

— В уборной.

— Понял.

Снимает пальто. Вокруг нас — родители и родственники других девчонок и ребят, которые сегодня выйдут на сцену.

— Хорошо выглядишь, — перекидывает пальто через руку.

— Спасибо. Ты тоже.

— Я старался, — улыбается и шагает к стойке гардеробной.

Твидовый серый костюм-тройка и бордовый галстук, завязанный не тем узлом, которым я годами украшала Виктора.

И надо же, выглядит мой бывший муж хорошо и аристократично.

Наблюдаю, как гардеробщица забирает его пальто с шарфом и протягивает номерок.

— Ну, ты посмотри на него, — ко мне подплывает Валентина и скрещивает руки на груди, дожидаясь, когда Виктор подойдет к нам неторопливым шагом. — Как красуется. Ну, прямо на подиуме.

— И я тебя рад видеть, мам.

А он правда хорош среди потока уставших мужчин и женщин, и смотреть на него приятно.

Красивый зрелый мужик в отличной форме, с правильной осанкой и плавным хищным шагом.

— Хороший костюмчик, — Валентина одобрительно похлопывает его по груди. — На директора школы похож. Такого, знаешь, дотошного и вредного.

— Спасибо, мам.

— Всегда пожалуйста, — Валентина широко улыбается и берет меня под локоть. — Какие у нас места и ряд?