Книга Нищая невеста, страница 103 – Денни Смит

Отдельного упоминания заслуживал ее наряд. Что с ним было — представлялось настоящей загадкой. С того дня, когда она ездила к мисс Грей, прошло довольно времени, а она так и не понимала, что происходит. Они остановились на скромном, закрытом белом платье, отделанном настоящим французским кружевом, расшитом мелкими сапфирами, с небольшим шлейфом. Эмили боялась представить, во сколько обойдется это великолепие, пока жившее лишь на бумаге, но Джозеф только притворно оскорбился, заявив, что не настолько беден, как думает Эмили, и какое-то там платье его не разорит.

Но, чтобы пошить этот шедевр, должна была состояться не одна примерка. А в тот день, когда Эмили самостоятельно добралась до мастерской, мисс Грей к ней так и не вышла. Зато передала с одной из своих помощниц, что слишком занята и не имеет возможности отвлечься, но заверяет в том, что наряд будет готов точно к венчанию и просит ни о чем не беспокоиться.

Ей бы потребовать, чтоб хозяйка сама сказала эти слова, а не отмахивалась словно от нищей, но события последних дней окончательно подорвали уверенность в собственном будущем. Вкупе с природной робостью она не посмела устроить скандал и потребовать уважительного отношения.

Ситуация казалась абсурдной. И только записка, которую она хранила при себе, не позволяла усомниться в реальности скорого замужества. Она перечитывала ее раз за разом, приходя все в большее отчаяние.

В назначенный день, когда ей стало казаться, что уже никакой свадьбы и не будет, в ее дверь постучалось двое важных посыльных. В руках они держали огромную, богато украшенную коробку столь неуместную в этой бедной обстановке, всю перевязанную бантами и лентами, похожую на огромный рождественский подарок. Оставив ее в одной из комнат, ни словом не показав, как удивлены царящему здесь запустению и отсутствию слуг, посыльные удалились.

А Эмили в волнении подошла к коробке и дрожащими руками, с трепетом стала развязывать многочисленные банты, которые были на ней завязаны. Неужели, Джозеф смягчился? И неужели в коробке ее ожидает именно тот самый шедевр портняжного искусства, о котором она грезила столько времени.

Наконец, последний бант был развязан, она приподняла крышку, убрала плотную ткань, скрывающую платье, и в волнении уставилась на ее содержимое. От лица отхлынули все краски, а по щекам покатились слезы. Хуже способа унизить ее он не нашел.

Ее дивная сказка обернулась ожившим кошмаром. Она в сотый раз развернула платье, как будто надеясь, что оно исчезнет, а на смену ему появится то, что было нарисовано умелой рукой мисс Грей, но нет. Чудес не происходило.

Руки перебирали аляповатые оборки и воланы всех цветов радуги, словно наспех нашитые в хаотичном беспорядке, тонкую белую ткань, пожелтевшую от времени. Интересно, где мисс Грей нашла эту ткань? Неужели у нее тоже завалялся рулон в каком-нибудь забытом сундуке? Или она старательно прокрашивала превосходный белый отрез, пытаясь придать ему этот ужасный цвет?

Надев его и окинув взглядом свою фигуру, она отстраненно подумала, что Джозеф обладает на редкость хорошей памятью. Даже у нее не получилось бы лучше воспроизвести то злополучное платье, в котором она была у Монро. Разве что ткань в этот раз была другой — несоизмеримо лучше, но в остальном была почти точная копия оригинала. И, возможно, кто-то из них двоих, Джозеф или мисс Грей, пожалел ее, сделав декольте не таким вызывающе глубоким да добавив несколько нижних юбок.