Книга Фантомные боли, страница 51 – Люсинда Берри

Судья – злая дама – возвышалась над всеми остальными, сидя на своем месте за столом красного дерева. Она говорила нашей матери жуткие вещи, даже доводила ее до слез. Никогда до этого не видела, чтобы мать плакала. Интересно, она практиковалась перед зеркалом так же, как отрабатывала улыбку? Я всматривалась в лицо матери, пытаясь понять, настоящие ли это слезы. Соленые ли они на вкус, если попробовать? Мать всегда сидела на другой стороне зала, даже не глядя на нас. Мужчина, который занимал место рядом со мной и Эмили, приносил с собой забавные запахи. Иногда от него пахло тушеным мясом, и мы с Эмили смеялись потом над этим, когда оставались одни в кровати у Рутов.

Время от времени судья, глядя сверху вниз, начинала задавать вопросы нам с Эмили. Говоря с нами, она вела себя как милая дама, даже иногда улыбалась. Это казалось искренним, но мы все равно оставались настороже, потому что видели, как сурово она обращалась с матерью, и боялись ее разозлить. И мы не хотели говорить ничего такого, что расстроило бы мать. Наши шрамы напоминали о том, что с нами будет, если расстроим. Иногда, когда судья говорила, я переставала слышать ее голос, а через некоторое время не только ее – мой слух перестал воспринимать все остальные голоса, отдававшиеся эхом в огромном пустом зале.

С правой стороны в стене было небольшое окно – там, где сидела мать, у нее над головой. Я выходила из своего тела, вылетала в это окно и садилась на дерево за ним, огромное дерево с большими зелеными листьями. Потом забиралась повыше и находила себе удобное местечко, такое, где можно было сидеть, не боясь упасть, просто сидеть и смотреть. Глядеть на солнце. Чувствовать дыхание бриза на лице. Срывать листья и бросать их. Следить, как они, кружась, падают на землю.

Я снова залезла на дерево и начала срывать листья. Бросила вниз большой красный лист.

Лист упал на землю и напугал меня. Я ощутила вокруг какое-то движение. Другие люди. Рядом сидела Роза и о чем-то болтала. Я огляделась.

Это не кабинет доктора Ларсона. Я вырвалась. Я все еще дышу. Слышу голос Розы. Кончилось. Слава богу, кончилось.

Я заставила себя прислушаться к Розе. Иногда, после того как я выходила из тела, вернуться назад было трудно.

— И больше никаких поблажек. Представляешь? Один косяк. Один день – и всего лишили. Как будто я вообще ничего не заслужила за все это время, – тараторила Роза. – Ненавижу эту больницу.

Я кивнула в знак согласия.

Я была так рада, что наконец на свободе и что это кончилось – не надо сидеть перед доктором Ларсоном и слушать его голос, его дурацкие речи, его нелепые идеи.

— Ты уже встречалась с командой? Они сказали, когда тебя отпустят? – спросила Роза.

— Не-а. Ничего они мне не сказали.

Они не сказали мне ни слова правды. Я слышала, что психологи морочат людям головы, но пока общалась только с Лизой, а та никогда не пыталась пудрить мозги, как доктор Ларсон. Он пытался одурачить меня. Но почему? Зачем ему это надо? В чем смысл?

— Полный дурдом, – продолжила я. Почему-то я не боялась открыться ей, а выговориться хотелось. – Эти врачи реально клюют мозги.

Она рассмеялась, закинув голову.

— У-у, да. Я прекрасно тебя понимаю. Первый раз здесь – вообще капец. Ты вообще без понятия, как играть в их дебильные игры. Но научишься, просто нужно время. Хотя тебе повезло – ты пропустила утреннюю группу.