Книга Фантомные боли, страница 23 – Люсинда Берри

— Зато я понимаю. То же, что и я. Красавицу. – От этих слов, даже из ее уст, я покраснела. – Ну так что, когда познакомишь-то?

— А когда ты хочешь?

— Я познакомился с твоей сестрой, – объявил Томас во вторник, как только мы закрылись в его «хонде» на обеденный перерыв.

— Что? Когда? Где?

— Вчера.

Вчера был понедельник, а по понедельникам я не работала, потому что весь день сидела на лекциях. Домой обычно возвращалась только в восьмом часу, и вчерашний вечер ничем не отличался от остальных. Эмили сидела перед телевизором, смотрела свои поганые реалити-шоу и даже не заикнулась о Томасе. Ни слова. И о том, что выходила из дома, – тоже. Она уже больше шести месяцев не высовывалась за дверь в одиночку. А теперь даже не обмолвилась о своей вылазке?..

— И как? – спросила я.

Он почесал нос, как всегда, когда нервничал, и откашлялся.

— Признаться, было очень странно увидеть точную твою копию. Я, конечно, знал, что вы двойняшки, но даже не подозревал, что не сумею вас различить. Сперва мне приходилось повторять себе, что это не ты. Но когда шок прошел, стало очевидно, что нет. Вы совсем разные.

Сердце у меня гулко стучало, в ушах звенело.

— Она подошла ко мне, когда я вышел из машины, и спросила, не Томас ли я…

— Постой, но как она могла тебя узнать?

— Не знаю. Может, двойняшкам как-то передается? Я стоял на парковке, и она пошла сразу ко мне. Наверное, заметила мой бейджик или еще как-то. С виду и не скажешь, что у нее депрессия…

Он избегал смотреть на меня.

— В смысле? Что она сказала? Что она делала?

У меня в голове, перегоняя друг друга, пронеслись тысячи вопросов и сценариев. Томас был явно потрясен, таким я его еще не видела. Даже когда его рабочее место обклеивали вырезками из порножурналов.

— Она была в бешенстве, хотя поначалу пыталась это скрыть. Сказала, что знает, кто я такой, потому что ты ей все рассказала о наших с тобой отношениях. Пыталась заставить меня пообещать, что я не стану рассказывать тебе о нашей встрече. Я несколько раз соглашался, а она злилась все больше и больше. А потом вообще типа: «Держись от нее подальше, не смей приближаться».

— Что? Она так сказала? – Я не могла в это поверить. Что с ней стряслось? С какой стати?

— Ну да. Слушай, извини…

Я перебила его.

— Что именно она тебе сказала?

— Не думаю, что это так уж важно. Просто дала понять, что против того, чтобы мы были вместе.

— Повтори, что она сказала.

— Ты уверена, что хочешь знать?

— Повтори. Что. Она. Сказала.

Он тяжело вздохнул.

— Дословно: «Отвали от нее, козел». Мне прямо показалось, что передо мной ревнивый бывший или вроде того. Я на это сказал, что и не подумаю, потому что люблю тебя. Говорил с ней в общем-то довольно спокойно, но, честно говоря, похоже, ее это только еще больше взбесило. Она и по тебе тоже прошлась, поэтому я сказал, что разговор закончен и что не собираюсь ее дальше слушать. А потом она ушла.

Наверное, Эмили пришла пешком, потому что автобусы сюда не ходили, а если бы даже и ходили – невозможно представить, чтобы она поехала одна. Она ненавидела ездить на автобусе в одиночку. Всю жизнь ненавидела. Даже когда вела себя адекватно.

— Что она говорила обо мне?

— Это не столь важно.

— Нет, важно. Скажи мне. Ты должен мне сказать.

Кончики ушей у меня горели, лицо пылало.