Книга Глухое правосудие. Книга 2. Доказать невиновность, страница 47 – Анна Орехова

— Все будет хорошо, — шепнула Ника, чтобы хоть как-то ее поддержать.

Альбина кивнула и разжала пальцы. Ника тоже волновалась. Вдруг прокурор найдет, к чему прикопаться? Вдруг развалит показания Елены? Чтобы избежать этого, она еще вчера предложила папе нестандартный ход: почему бы не подкинуть стороне обвинения «красную селедку»?

— Какую селедку? — засмеялся папа, когда они за чашкой чая обсуждали предстоящее заседание.

— Красную, — улыбнулась Ника и рассказала про излюбленный трюк детективщиков — отвлекающий маневр, направляющий читателя по ложному следу. Со временем эту хитрость переняли политики, журналисты и маркетологи. — Например, тебе заказали логотип. Ты сделал классный вариант, но уверен: если показать его заказчику, он начнет придираться. Я не знаю почему, но клиенты так устроены: одного варианта им всегда мало. Возможно, думают, что ты недостаточно поработал. Редко кто понимает, что ради этого логотипа пришлось откинуть с десяток других макетов.

— Клиентам всегда кажется, что ты мало работаешь, — согласился папа.

— Вот именно! Поэтому нужно создать для них видимость выбора — например, предложить еще два логотипа. Один банальный, этакая серая мышка, не хорошо и не плохо. А второй — вырви глаз. Или «красная селедка». Что-то несуразное, броское и отвлекающее внимание. В итоге заказчик видит селедку, хватается за нее, тратит всю свою энергию на критику. Потом смотрит на серую мышку и качает головой, мол, это уже лучше, но тоже не очень. А потом переводит взгляд на тот самый логотип, в который ты вложил все свое мастерство, и восклицает: «Да-да! Вот оно!»

— Занятно. И что же в качестве «красной селедки» ты хочешь подкинуть прокурору?

— Освещение! — заговорщически улыбнулась Ника. — Спроси Елену, в какое время она стукнула машину, но не уточняй, как она сумела разглядеть водителя в темноте. Якут точно в это вцепится. Все его внимание будет сосредоточено на «красной селедке», а остальные детали останутся вне его поля зрения.

Наблюдая, как прокурор застегивает пиджак, как просматривает свои записи, Ника гадала: сработает ли селедка, которую подложил ему папа?

— На каком расстоянии от входа в ТЦ вы припарковались? — приступил к допросу Якут.

Елена задумалась на секунду:

— Довольно близко. Сразу за местами для инвалидов.

— А в метрах это сколько? Сто? Двести?

— Да ну что вы! Метров двадцать от силы. Максимум двадцать пять.

Якут взял со стола папку, заглянул в нее и кивнул самому себе.

— Ранее вы заявили, что инцидент у торгового центра произошел около семи вечера третьего февраля. Как бы вы описали освещение в тот момент? Уже наступили сумерки? Может, был закат? Или совсем стемнело?

Ника посмотрела на папу. Он едва заметно приподнял брови. Похоже, прокурор заглотил наживку, которую они заготовили.

— Я бы сказала, что уже совсем стемнело.

Якут вернул папку на стол:

— Давайте подытожим. На улице темно. Вы находитесь на расстоянии двадцати пяти метров от машины. И при этом утверждаете, что совершенно точно видели за рулем подсудимого. Как вы сумели его разглядеть?

Очень правильный вопрос! Хорошо, что папа и Елена его обсудили.

— Да, было темно, но фонари-то светили. Там парковка очень хорошо освещена. Я, когда машину стукнула, без проблем разглядела царапину у него на задней двери, а у меня небольшую вмятину спереди. Что до расстояния, вдаль я вижу прекрасно. За рулем точно был подсудимый.