Книга Смерть на Кикладах. Сборник детективов №4, страница 145 – Сергей Изуграфов

Этот дом принадлежал более трехсот лет семье Аманатидисов, бывших владельцев виллы, а сейчас в нем жил новый хозяин, и, время от времени, останавливались самые близкие его друзья. Теперь и у Стефании здесь была собственная спальня. Поймав себя на этой мысли, Алекс усмехнулся и покачал головой. Отчего-то сейчас эта мысль его уже не пугала, а, наоборот, на душе сразу потеплело. Он попытался представить, что все по-прежнему, и он снова один, — но тут же немедленно отогнал эту мысль прочь. И даже удивился, насколько она ему не понравилась.

Горничные уже закончили ежедневную уборку, в гостиной царила прохлада. На столе, отражаясь волнистой рябью в его сверкающей полированной поверхности, стояла огромная ваза с фруктами, которые Стефания любит больше всего: крупные желтые абрикосы с рыжими веснушками, которые выступают лишь у самых спелых плодов, надрезанные крест-накрест темно-коричневые гранаты с крупными сочными зернами, готовыми высыпаться вам в ладонь, стоило лишь слегка вывернуть шершавую корочку тяжелого плода. И, конечно, — огромная гроздь ассиртико: крупные, слегка вытянутые ягоды нежно-розоватого оттенка с прозрачной тонкой кожурой и нежной, сладкой, слегка вяжущей мякотью. Смолев снова улыбнулся. И здесь их вкусы тоже совпадали.

Получив важную информацию от Катерины, Алекс решил обсудить ход дальнейшего расследования не на галерее, а в более комфортных условиях. Необходимо было все тщательно обдумать и взвесить. Лишние уши были ни к чему. Эксперты покинули виллу, но с минуты на минуту сюда должны были прибыть сержанты Димос и Дусманис за новыми ценными указаниями от их патрона. Следствие выходило на новый виток, и динамика нарастала с каждым часом. Теодорос Антонидис снова был счастлив. Неудача с Карипидисом лишь слегка обескуражила его на первом этапе. Но теперь было понятно, что нужно сделать в первую очередь: его люди перевернут все у башни Глезос, но найдут вещественные доказательства! Он скромно пропустил хозяина вперед и бодро вошел вслед за ним.

Гостеприимным жестом Смолев указал старшему инспектору на стулья вокруг большого обеденного стола, стоявшего в гостиной, приглашая присесть на любой, а сам дошел до холодильника, достал воду в большом стеклянном кувшине, где плавали крупные дольки свежего лимона, и молча поставил на стол с того краю, где скромно примостился на стуле полицейский. Подхватил еще рукой два высоких стакана с овального стеклянного подноса, налил в каждый из них воды, один поставил перед гостем и сам уселся напротив. Прежде чем произнести слово, Алекс, закрыв глаза, с наслаждением сделал большой глоток воды с бодрящим цитрусовым вкусом, потом достал из кармана лист формата А4 и развернул его на столе.

— Вот, Теодорос, и ответ на первый наш вопрос, — невесело сказал он, передавая старшему инспектору фото, распечатанные Катериной. — Теперь мы с вами знаем, кем был первый погибший. Скажем так: знаем с вероятностью девяносто девять процентов. Скорее всего, родственники опознают тело. Придется вызывать их на опознание. Нужно срочно посылать запрос.

Старший инспектор поспешил поставить на стол стакан с водой, едва успев сделать пару глотков. Он схватил лист и впился в него глазами, затем достал из папки фото, сделанные у патологоанатома. Смолев выждал паузу, дав Антонидису время внимательно сличить фотографии. На несколько минут в комнате повисла тишина. Было слышно, как тикают часы, висевшие на стене. Алекс машинально взглянул на часовые стрелки и сверился с наручными часами: настенные отстают на три минуты. Плохо. Надо поправить. Он встал из-за стола и перевел минутную стрелку. Вот теперь хорошо. Надо сказать Рыжей, чтобы часы отдали часовщику — пусть почистит механизм. Отставать в сутки на три минуты — куда это годится? Смолев любил точность во всем, даже в мелочах. Поправив часы, он вернулся за стол.