Книга Детки в клетке, страница 117 – Евгения Кретова

А вот третий счет, дебетовый, был открыт самим Иваном полтора года назад. Макс прислал и выписку по счету: деньги на него поступали не равномерно. В один месяц могло «упасть» двадцать тысяч, в другой две. Итого на счете оказалось двести тридцать тысяч. Последнее поступление значилось позапрошлым месяцем. Не густо, в общем-то. Все поступления были от одного лица, индивидуального предпринимателя Марины Устиновой по гражданско-правовому договору оказания услуг, ссылки на акты значились в пояснении к платежам.

Наумов снова набрал номер Макса.

— Ну как? То, что тебе было надо? – отозвался тот веселым голосом. Фоном слышался приглушенный звон посуды и голоса́, Макс выбрался в столовую.

Миша тоже был бы не прочь перекусить. От упоминания об обеде, желудок сжался в комок и будто бы сделал несколько поворотов вокруг своей оси. Наумов поморщился.

— Спасибо, Макс. Я заеду за распечаткой завтра, хорошо?

— И запрос не забудь! – напомнил Макс. – Я уже все приготовил, осталось зарегистрировать… Но это я как ты появишься, так быстренько и оформлю…

Миша задумался:

— Слушай, а вот у этой ИП Устиновой, у нее много таких платежей?

Макс протянул:

— Ну-у, Миш, это уже основательная проверка, это ты уже запрос привози и коллеги тебе все в подробностях распишут… У меня таких данных нет, сам понимаешь. Но в целом, они же у нее не по трудовому договору, так что там может быть много людей.

— Понял, Макс. Спасибо…

Наумов спрятал телефон во внутренний карман куртки, задумчиво уставился на проезжую часть.

Ноябрь прошлого года, за полгода до смерти Ивана

Было ветрено.

Иван натянул капюшон худи, спрятал руки в карманах. Гудвин курил. Иван наблюдал за его профилем, не решаясь продолжить непростой разговор. Но пауза затянулась, время принимать решение наступило.

— Других вариантов нет?

Гудвин отрицательно качнул головой, покосился, прищурившись, на Ивана и щелчком отбросил окурок. Оранжевая искра дугой пролетела до урны.

Иван вздрогнул:

— Должен быть еще какой-то выход…

— А что ты паришься? – Гудвин повернулся к нему, плотнее запахнул пальто и поежился. – Бабки нужны? Нужны. Они воняют? Нет. Так чё ты паришься?

Он пожал плечами:

— Смотри сам. Не хочешь, значит, работу возьмет кто-то другой, проблем с кандидатами нет… Я тебе предложил, потому что ты говорил, что ищешь работу. – Он криво усмехнулся. – Нет, значит нет, никто не заставляет.

Он собрался уходить.

— Постой, – Иван поднял голову, вглядываясь в огни жилого дома, во дворе которого они встретились с Гудвином.

Гудвин учился с ним вместе на айти курсах. Ровесник Ивана, он держался особняком, подрабатывал и был технически выше всех остальных школяров. Иван вообще не понимал, зачем ему эти курсы, если он соображал лучше тех преподов, которые вели занятия. Еще перед каникулами они сблизились, даже пару раз пересекались. Гудвин оказался парнем с чувством юмора, но каким-то надломленным: помалкивал, много курил, криво усмехался и всем своим видом давал понять, что знает об этой жизни чуть больше, чем Иван. Это притягивало и отталкивало одновременно. Иван злился, но отказаться от общения с Гудвином не мог – стоило тому позвонить, он шел на встречу.

В середине августа Гудвин попросил о помощи – нужно было забрать пакет с документами в Губернском и отвезти на Ставропольскую. Уже приняв пакет, Иван понял, что в пакете – не документы, он был слишком пухлым, слишком объемно упакованным «пупыркой».