Книга Детки в клетке, страница 114 – Евгения Кретова

— Я так не говорила, – Ирина Леонидовна почувствовала, как краснеет.

— Вот мы сейчас и узнаем.

Ирма Олеговна появилась спустя мгновение, широко улыбаясь, она распахнула дверь, успев спросить «Что случилось?» прежде, чем заметила Абрамченко, и помрачнеть.

— Да вот, Ирина Леонидовна хочет перевести Ивана в другой класс из-за того, что его сексуально домогается одна из одноклассниц.

Ирма на мгновение замерла, будто переводя услышанное на русский язык:

— И о ком речь?

Ирина Леонидовна подчеркнуто доброжелательно и в то же время осуждающе улыбнулась директору:

— Вот видите, а вы говорили, что классный руководитель в курсе…

— Я действительно в курсе, – Ирма прошла к столу и села напротив Абрамченко. – Но я ума не приложу, откуда у вас такая информация. Поэтому и хочу уточнить, о ком идет речь.

— О Филатовой, конечно…

Ирма улыбнулась:

— Ну тут, я думаю, еще вопрос, кто кого домогается… сексуально… – Она перевела взгляд на директора: – Они встречаются с того случая в столовой, помните? В начале года.

— Ничего они не встречаются, эта девица виснет на нем, как пиявка, проходу не дает. Я прошу защитить моего сына!

Ирма Олеговна устало выдохнула, поставила локоть на край стола:

— Это вам Иван так сказал?

— Нет, конечно.

Ирма пронзила ее до долгим, печальным взглядом. Конечно, она поняла, в чем истинная причина визита матери Абрамченко. И директриса поняла. Но чтобы не было никаких сомнений, Ирма сообщила:

— Мария Архиповна, со всей ответственностью отвечаю, что ребята дружат, у них прекрасные, очень теплые отношения…

— Прекратите сводничество! – прикрикнула на нее мать Ивана. – Они дети! Все прекрасно понимают, что там у них за теплые отношения!

Ирма нахмурилась:

— Если вы об интимной связи, то я говорила с Машей, она заверила, что между ними ничего «такого» нет. Аналогично подтвердил Иван, после соответствующей беседы. Более того, считаю, что дружба с Машей Филатовой на него повлияла крайне положительно, он стал более сдержанным, собранным, не пропускает занятий, очень вежлив с ребятами и учителями, никогда не позволяет кого-то обидеть. Его словно подменили, – улыбалась она, замечая при этом, как темнеет с каждой фразой лицо матери Ивана. – Не устаем радоваться за него… Поэтому уверяю, вам не о чем беспокоиться…

К разговору подключилась директор:

— Получается, вы что-то неправильно поняли, Ирина Леонидовна? Кроме того, перевод мальчика в другой коллектив сам по себе травматичен. Зачем такие риски перед экзаменами?

Ирина поднялась, подхватила сумочку.

— Я всё поняла. Значит, мне стоит решать вопрос более кардинально, путем перевода Ивана в другую школу…

Мария Архиповна быстро переглянулась с классной руководительницей:

— Безусловно, это ваше право. Но это нанесёт Ивану большой вред, подумайте об этом. Тем более, Ирма Олеговна заверяет…

— Знаю я, в чем заверяет Ирма Олеговна! – отрезала Ирина. Ее голос звенел от злости.

— И в чем же? – учительница продолжала холодно улыбаться. – А прежде, чем вы ответите и напишете заявление о переводе в другую школу, я вас предупреждаю, что, как педагог и классный руководитель Ивана, буду вынуждена сообщить о конфликтной ситуации в семье органам опеки…

Ирина побледнела. Она хватала ртом воздух, но заговорила не сразу:

— Что… Что вы себе позволяете?!