Книга Трофей из преисподней, страница 84 – Александр Тамоников

На повороте вдруг появились немецкие мотоциклисты с железными бляхами, висевшими на цепочках на шее. Фельдполиция. Офицер соскочил с переднего мотоцикла и поднял руку, приказывая вездеходу остановиться. Сосновский еле удержался от того, чтобы повернуть руль влево и скрыться, избежать этой встречи. Но, увы, это повлекло бы за собой немедленное преследование и огонь на поражение. Фельдполиция этот маневр оценила бы правильно и однозначно — русские диверсанты, разведывательная группа.

Догнав вездеход, Сосновский остановил мотоцикл. Унтер-офицер предъявлял свои документы остановившему его офицеру. К мотоциклам подошел ефрейтор в сопровождении автоматчика, и оба смотрели недоброжелательно.

— Документы! — коротко приказал ефрейтор.

Сосновский полез в карман, успев бросить взгляд на машину. Унтер-офицер что-то говорил командиру группы фельдполиции, тот кивал и смотрел то на контуженного майора, то на мотоциклистов, которые его сопровождали вместе с ученым. Михаил протянул ефрейтору сначала документы офицера.

— Это документы господина майора Вейнера, которого мы сопровождали. К сожалению, оберст Шугель погиб во время налета, а господин майор ранен. Мы их сопровождали и вот испанского геолога в штаб 14-го танкового корпуса. Это приказ из Берлина.

Ефрейтор пробежал глазами документы майора и, кажется, внутренне как-то сразу подобрался. Сосновский протянул ему «свои» документы, Коган тоже полез в карман. Буторин с перевязанной рукой, сидя в люльке второго мотоцикла, тоже, морщась, полез за документами. Документы солдат ефрейтор просмотрел уже бегло. Оперативники напряженно ждали, чем все это закончится. Особенно когда обер-лейтенант подошел к ним и взял документы майора Вейнера. Документы солдат, которые все еще держал в руке ефрейтор, офицер смотреть не стал, видимо, доверившись своему помощнику.

— Не знаю, какого черта вам там надо. — Обер-лейтенант вежливо поднес пальцы к козырьку фуражки, козырнув с уважением «испанцу», и тут же чуть присел. Где-то рядом начали рваться снаряды. — Я отправлю с вами своих солдат, чтобы они проводили вас. Но я представления не имею, где находится штаб 14-го танкового корпуса. Вас проводят до Беседино. Это какая-то деревня на карте, но от нее, по-моему, ничего не осталось, кроме названия. Ефрейтор!

Вернув оперативникам их документы, обер-лейтенант с документами майора вернулся к машине, а ефрейтор со своими солдатами на двух мотоциклах подрулили и развернулись в сторону Волги, кивнув, чтобы мотоциклисты с ученым следовали за ними. Коган откровенно с облегчением выдохнул и пальцами вытер лоб под немецкой каской. Сосновский не стал спешить трогаться с места, тем более автоматчики их ждали, тоже не трогаясь с места. Михаил достал из-за голенища сапога карту и быстро нашел на ней деревню Беседино. До Волги от нее было пятнадцать километров. Не больше.

Мотоциклисты фельдполиции понеслись вперед, и группа двинулась за ними, постоянно озираясь по сторонам. Вокруг грохотало. Это были и звуки выстрелов артиллерийских батарей, и разрывы снарядов. Откуда-то постоянно слышались звуки боя, а небо то и дело прорезывали трассирующие очереди. Больше всего грохотало на севере и на востоке у самой воды. Наверняка немцы все же не добрались до берега, но рвались туда, не считаясь с потерями. Несколько раз оперативники видели севернее советские самолеты над городом, а потом немецкие. Возникало ощущение, что они сейчас находятся в центре грандиозной битвы. Битвы, которая велась вокруг, не имела границ, а закручивалась, как тайфун.