Книга Тень императрицы, страница 38 – Аннa Шнайдер

— Элли я оставила с Анной и Аделью, — сказала девушка, улыбнувшись Виктории — но в её глазах было беспокойство. — Его величество ещё не вернулся с совещаний. Как ты, Вик?

— Танцевала, да, мам? — хитро прищурилась Агата, и императрица засмеялась. Села на корточки и обняла поочерёдно и дочь, и сына, а потом честно ответила:

— Да, танцевала. Но я немножко, видишь, даже к ужину успела. Софи, поможешь мне снять платье? Эти новомодные молнии, конечно, удобнее крючков, но…

— Конечно, помогу. — София зашла ей за спину и негромко сказала, положив ладонь в область лопаток, где начиналась застёжка. — Эн родила. Мальчик. Девяносто пять магоктав, но что с родовой магией, будет понятно лишь через сутки.

— Замечательно! — выдохнула Виктория, довольно улыбнувшись. — Арен знает?

— Наверное. Мне написала сама Эн. Возможно, ему тоже. Хотя ему, наверное, отчитывается и главный врач.

София потянула язычок молнии вниз, и Виктория, расслабив уставшие за день плечи, подытожила:

— Если всё так, как думает Рон Янг, через сутки мир изменится. У заговорщиков больше не останется аргументов.

— Ох, Вик, — в голосе Софии звенело сожаление, — боюсь, они найдут другие аргументы. Такие уж люди…

* * *

Сегодня ужин в комнату Гаю никто не принёс, нужно было спускаться в столовую самому, что он и сделал, пока императрица ужинала вместе с детьми, аньян, сестрой императора и его двоюродным братом с женой. Наличие жены у принца Арчибальда Гая изрядно удивило: он точно помнил, что в начале года принц ещё был холост. Вот что значит: не иметь возможности читать газеты! Но куда больше наличия жены удивлял выбор его высочества: девушка оказалась «пустышкой». Гай не знал, что и думать. Он до сих пор помнил рассуждения Валлей о том, что она никому не нужна без энергетического контура, и был во многом с ней согласен. И тут вдруг такое! Двоюродный брат императора женат на аристократке-пустышке. Наверняка в прессе был дикий скандал.

После ужина Гай некоторое время провёл в коридоре перед детской, ожидая, когда Виктория наконец уйдёт к себе, что и случилось около полуночи. Гай тут же отправился в свою комнату, однако не успел даже ботинки скинуть: почти сразу раздался стук в дверь. Не представляя, кто мог прийти к нему настолько поздно — ну не Виктории же он понадобился в полночь? — Гай открыл и непроизвольно замер, услышав от уставшего и хмурого Кирстена:

— Тебя вызывает император. Идём.

«Ну вот, — подумал Гай, чувствуя одновременно страх и воодушевление, — ты же хотел поговорить с его величеством? Получи».

Кирстен вёл его по коридору, всё дальше и дальше. Несмотря на то, что стрелка часов подбиралась к двенадцати, здесь повсюду были люди — охрана и слуги. Стояли у дверей, что-то несли или мыли, тихо переговаривались друг с другом. Гаю показалось, что сейчас на парадном этаже даже оживлённее, чем днём, хотя это объяснимо: убираться удобнее, пока все важные особы отдыхают.

Впрочем, судя по тому, что его позвал император, конкретно Арен отдыхать пока не собирался.

И вот наконец — двери в покои его величества. Тоже резные, из красного дерева, и рисунок на них напоминал Гаю золотого орла, летящего сквозь пламя. Нечто подобное было и на гербе Альганны, так что всё правильно, здесь и должен жить император.