Книга Сюрприз в сугробе. Замуж за Морозко, страница 64 – Ника Мур

— … тогда ты останешься здесь. Навсегда. В должности моей «Снежной секретарши». Будешь записывать мои сны, расставлять снежинки по алфавиту и… согревать этот зал своим присутствием.

Мария прищурилась.

— Секретарша? С соцпакетом и оплачиваемым отпуском на югах? Нет, Велемир, так дела не делаются. Записывай встречные условия, — она ткнула мне в грудь своим коротким, пухлым, но удивительно тёплым пальцем. — Если я выигрываю, ты не просто даёшь магию. Ты работаешь у меня фитолампой по восемь часов в день. Лично. Будешь светить своим артефактом над моими грядками, пока я буду заниматься маркетингом. Идёт?

Я поперхнулся. Фитолампой⁈ Меня, великого и ужасного Морозко, хотят использовать как садовый инвентарь⁈

— Ты смеешь предлагать мне… работу?

— Я предлагаю тебе участие в высокодоходном стартапе, — парировала она. — Выбирай: либо ты бог одиночества в пустом дворце, либо ты — часть империи «Снежная Клубника» с реальными перспективами роста.

Я долго смотрел в её лицо. В этом мире не было ничего, что могло бы меня удивить, пока не появилась она.

— По рукам, — сказал я, чувствуя, как внутри закипает забытый азарт. — Контракт скреплён.

Я взмахнул рукой, и из теней выскочили шишиги — мелкие лесные духи, похожие на пушистые синие комочки с огромными глазами. Они испуганно замерли, ожидая приказа.

— Слушайте мою волю! Отныне эта женщина — Хозяйка Сада. Выполнять все её приказы, какими бы безумными они ни казались.

— Так, — Мария тут же развернулась к духам, игнорируя моё величие. — Кадры прибыли. Настя, доставай блокнот! Вы, синие, — она указала на шишиг, — быстро за чернозёмом в южный сектор леса! Мне нужно два кубометра к полудню. Ты, пушистый, найди мне золу и сушёный мох. Начинаем рекультивацию!

Шишиги, ошарашенные таким напором, синхронно икнули и бросились врассыпную выполнять приказы.

Я смотрел, как Мария Викторовна сбрасывает на лед свой тяжёлый тулуп, оставаясь в одном сарафане, как она решительно подвязывает волосы и начинает командовать моим дворцом так, будто владела им с сотворения мира.

Её плечи были расправлены, в каждом движении чувствовалась сила Жизни, которая не просила разрешения у Смерти.

Я направился к выходу из оранжереи, чувствуя, как камзол, который ещё утром был мне велик, теперь натянулся на плечах. Моё проклятие таяло. С каждым её приказом, с каждым движением её тёплых рук по ледяной почве, я становился моложе.

— Три дня, Мария, — бросил я через плечо. — Время пошло. Не разочаруй меня. Иначе мой ледяной сад пополнится новой, очень красивой и очень шумной статуей.

— Не дождёшься, фитолампа! — донеслось мне вдогонку.

Я вышел в Галерею Эхо и не смог сдержать улыбки. Впервые за триста лет мне было не просто тепло. Мне было… весело. Сказка, в которой я жил, явно нуждалась в аудите. И, кажется, аудитор уже приступил к работе.

Я посмотрел на свою руку. Кожа была гладкой, пальцы — сильными.

«Ну что ж, генеральный директор… — подумал я. — Посмотрим, кто из нас в итоге окажется в подчинении. Но ягоды я, пожалуй, попробую».

За спиной слышались крики Марии, строящей шишиг, и робкий смех Настеньки. Мой дворец оживал. И это было пугающе прекрасно.

Агро-лаборатория в ледяном плену

Ледяной скрежет, с которым шишиги демонтировали «неликвидные активы» в Саду Замерзших Слез, ласкал мой слух лучше любой симфонии. В моем прошлом мире снос незаконных построек сопровождался судебными приставами и скандалами в прессе, а здесь всё решалось парой веских слов и демонстрацией изумрудного ростка.