Книга Принц в Бомбее, страница 96 – Суджата Масси

— Сегодня нет. Уехала в Пуну с королевским поездом. – Элис осклабилась. – В Западно-индийском конном клубе жизнь так и кипит. А пока мама развлекается, папа сидит в секретариате и пытается придумать, как успокоить жителей города. Так что мы одни.

Первин смотрела, как Диана скачет по лужайке, раздвигая носом траву.

— Мы с папой только что отвезли родителей Френи в Дунгервади.

— Значит, ее отдали родным, можно справлять траур. Расскажешь, что и как?

— Да. Правда, плохо понимаю, с чего начать. – Первин умолкла, потому что появился Говинд с двумя запотевшими бокалами, украшенными веточками мяты и дольками лайма. Когда он вышел, она продолжила: – Только все действительно ужасно. Ты правда хочешь слышать?

Элис кивнула:

— Безусловно.

Первин рассказала, какие страшные подробности выяснились на вскрытии, кратко изложила, что произошло по ходу суда, вынесения вердикта, допроса свидетелей. Когда речь зашла про Союз студентов, Элис резко выпрямила спину.

— Я слышала про эту организацию. Студенты как-то раз говорили о нем после занятий – на маратхи, чтобы я не поняла, но у меня сложилось ощущение, что для них это очень важно.

— Френи тогда пришла ко мне как раз от имени Союза. Хотела узнать, могут ли их исключить за то, что они не пойдут на парад.

Элис кивнула:

— Вот почему она не появилась на трибунах.

— Насколько я понимаю, утром она пришла в колледж, потому что этого потребовали ее родители. Поприсутствовала на перекличке, решила, что теперь никто уже не упрекнет ее в отсутствии, а потом осталась на территории колледжа, выразив тем самым свою политическую позицию.

— В тот день не явились несколько студентов. Кстати, сегодня приходили полицейские, пообщаться с мистером Атертоном – возможно, проверить списки. Ты думаешь, убийство мог совершить кто-то из студентов?

Первин как раз размышляла, что́ имеет право сообщать Элис. Подруга ее выполняла кое-какую внештатную работу для адвокатской конторы Мистри, значит, ее потом не могут заставить раскрывать подробности их разговоров в суде. Но знала Первин и то, что мистеру Атертону и другим представителям руководства колледжа может совсем не понравиться, что Элис беседует с законным представителем Каттингмастеров.

— Ты подписывала в колледже какие-то бумаги, регламентирующие вопросы конфиденциальности?

— Вроде бы нет. Я подписала документ, которым определяются часы работы, отпуск и оплата. А при чем тут вообще конфиденциальность?

— Допустим, ты расскажешь мне, что видела в колледже. Они могут счесть, что эту информацию нельзя сообщать третьим лицам.

— Дай-ка я схожу принесу эти документы.

Элис вернулась минут через пять, с папкой. Вслед за ней вошел Говинд с блюдом ароматных булочек.

— Я не обедала, так что бхаджи очень кстати, – заметила Первин, не мешая Говинду положить целых пять штук ей на тарелку – он добавил к ним ложку кориандрового чатни.

— Я уже который день мечтаю о луковых бхаджи! – обрадовалась Элис. – Мама терпеть не может запах жареного лука, поэтому, когда она дома, повар их не печет. Что меня радует в визите принца – мама все время в отсутствии.

Первин догадалась: леди Хобсон-Джонс не боится никаких нападений, поскольку она – как и все в свите принца – перемещается только по Европейскому кварталу под надежной охраной, ну а сейчас в полной безопасности едет на королевском поезде в Пуну.