Книга Развод. Не время сдаваться, страница 25 – Оксана Рэй

— Где обычно? — Сергей, хватит, — мой голос дрожит, и я ненавижу себя за это. — Я справлюсь. Он проходит мимо меня вглубь квартиры в гостиную, а я следую за ним.

— Градусник, — повторяет он. — Или я сам буду искать. — Да, где обычно. Я сдаюсь. Он идет за аптечкой в ванную комнату. Пока он ходит за градусником, я стою посреди гостиной и чувствую, как мой дом снова заполняется им. Его энергией, его запахом. Это невыносимо. Он возвращается, вручает мне градусник. Я молча ставлю его под мышку и отвожу взгляд. Сдаюсь. Унизительно. Чувствовать себя ребенком, о котором вынужден заботиться взрослый, которому ты уже не нужен. Пока я тут жду, он осматривает квартиру. Его взгляд скользит по полкам, по столу. Он замечает вазу с теми алыми розами. Они уже начали вянуть. Его губы на мгновение сжимаются.

— Не выбросила значит, — еле улавливаю его голос. Разве я могу поступить так с цветами.

— Тебе нужно переодеться, — говорит он, его взгляд скользит по мне. — Где твой свитер? Тот самый свитер. Тот, что он назвал “растянутым” и “дурацким” в кафе. Тот, что я… Я смотрю ему прямо в глаза. Внутри все сжимается в тугой, болезненный комок.

— Я его выбросила, — говорю ровным, безжизненным голосом.

Он замирает. Смотрит на меня, и я вижу, как в его взгляде что-то меняется. Я избавилась от него. Так же, как он избавился от нас. — Спасибо за помощь, — вынимаю градусник и смотрю на него. Тридцать семь и восемь. Противная температура, от которой ломит суставы и гудит голова. Сергей забирает прибор, смотрит то на меня, то на него. — Теперь ты можешь идти. Мы справимся. Думаю, тебя ждут дома. Я вижу, как он хочет что-то сказать. Как его рука с силой сжимает стекло, что, кажется, оно треснет. Но он просто кивает. Коротко, резко. Без слов. Кладет градусник в коробку. Разворачивается и идет к выходу, я следую за ним. Его шаги гулко отдаются в прихожей. Надевает ботинки. Тянется к замку. И тут из комнаты вылетает Поля. Не идет, а именно вылетает, как маленький ураган в носках с котятами. — Папа, ты куда? — в ее голосе паника, граничащая со слезами. Она вцепляется в его брюки мертвой хваткой. — Ты же не уходишь? Ты обещал, что с планшетом поможешь! Приложения установишь! Сергей замирает. Его спина напряжена. Он медленно поворачивается, и его взгляд устремлен сначала на меня, а потом опускается на дочь. Его рука на мгновение застывает в воздухе, и только потом он осторожно кладет ее Поле на голову. — Поля, папе нужно... — Нет-нет-нет! — она трясет головой, и крупные слезы катятся по ее щекам. — А еще ты обещал достать со шкафа куклу! Ты достанешь? Ты же сильный! Мамочка, ну скажи ему, пусть достанет! Я открываю рот, чтобы сказать “нет” и прогнать его, чтобы восстановить хрупкие границы этого дома. Но я вижу ее лицо. Заплаканное, искреннее. Если я сейчас залезу и достану с верхней полки эту дурацкую коробку с куклой и установлю ей приложения… Полине нужно другое. Ей нужен папа. — Сергей... — говорю я, и слово давит мне горло. — Достань, пожалуйста, ей эту куклу. Они на верхней полке в ее комнате. Он смотрит на меня. Мы оба в ловушке. — Хорошо, — тихо отвечает он. — Поля, отпусти. Сейчас достану. Она тут же разжимает пальцы, прыгая на месте. — Ура! Папа, пошли скорее! Он снимает туфли, снова проходит мимо меня, и они уходят в комнату. Я остаюсь стоять в прихожей, прислонившись к стене, и слушаю, как в комнате дочери открывается дверца шкафа, как он что-то тяжелое ставит на пол, как Поля визжит от восторга: “Вот она! Спасибо, папочка!” А потом доносится ее следующий вопрос, такой же естественный, как дыхание: — А ты мне поможешь ее распаковать? А то тут ленточки такие тугие… И его тихий, сдавленный ответ: — Да, помогу. “Нет”, — кричит у меня внутри. “Просто уходи”. Но ноги не слушаются. Я медленно, как старуха, плетусь на кухню, наливаю себе воды. Руки трясутся, отчего вода колышется в стакане. Я слышу их голоса из комнаты. Его низкий баритон, который так редко звучал в этих стенах, и ее звонкий, счастливый смех. Он не ушел. Он попал в паутину, которую сплела наша дочь. И я... я слишком слаба, чтобы ее разорвать. Я захожу в спальню и закрываю дверь. Снимаю свой свитер, и холодный воздух комнаты обжигает разгоряченную кожу. Из шкафа я достаю новую мягкую домашнюю кофту и натягиваю ее. И вот я стою посреди комнаты прислушиваясь. Из-за двери доносится смех Поли.