Книга Она моя дочь?, страница 76 – Соня Вишнякова

Я пожала плечами. Уже начинаю привыкать к его щедростям.

— Не знаю, — положила ладонь ему на грудь, потому что подошел он очень близко.

— Кажется, твоей маме понравилось, — обхватывает меня за талию и настойчиво прижимает к себе.

— Да, — говорю, глядя ему в глаза и на его губы.

— Значит, всё правильно, — склонился меня целовать.

— А я всё вижу, — услышали тонкий голосок Ани.

Но это нас не остановило, всё равно наши губы соприкоснулись.

Все те минуты, которые выпали мне в помощь, пока мама Лизы восторженно побежала переодеваться, использую по законному их назначению.

Практически забыв про машину, ещё раз тщательно удостоверился, что Лиза в любом наряде хороша. Даже обычные джинсы в обтяжку, белая футболочка и светло-серая кофта на молнии, даже эти простые, обыденные вещи смотрятся потрясающе на тонкой фигурке.

— Я скучал, — выдыхаю в губы Лизы и сразу вдыхаю тонкий, цветочный аромат.

— Только ночь прошла, — легко усмехается, и я снова попадаю под гипноз её розовых губ.

В голове происходит что-то неладное, представляется всё, что можно представить.

— Вот как раз всю ночь и скучал, без тебя, рядом со мной в постели.

— Тише ты, Аня услышит, — негодует, упираясь мне ладонями в грудь, но я не намерен отпускать.

— Пусть слышит, это нормально, что ребёнок видит, как обнимаются и целуются его родители.

— Ничего не нормально, — шепчет мне в губы, когда вот-вот я накрою их своими.

Всё затихает, улица замирает, шум деревьев, кроны которых треплет ветер, всё застыло в секунды нашего поцелуя.

Из-за моей спины подробности не видны Ане, я намеренно так встал, чтобы Лиза не смущалась, но она всё равно смущается.

— Давид, отпусти, — выдыхает, лишь только губы освободила, — тут везде люди.

И правда, мы обернулись, на скамейке уже две тётки сидят и внимательно осматривают представшую перед ними картину.

— А мне всё равно, — говорю, пожимая плечом и отмахиваясь.

— Ну, так, мне не всё равно. Я тут живу, не хочу, чтоб ходили слухи и так… — она замолкла.

— Что — И так? — хочу знать, о чём она недоговорила.

Лиза подняла взгляд и проговорила:

— Мы много выслушали по поводу ребёнка, — сказала строго и оттолкнулась от меня.

Я послушно отпустил.

— Что выслушали? — нахмурился.

— Ты действительно хочешь знать? — обернулась она на машину, но Аня уже что-то достала из своей сумочки и играет с маленькой розовой игрушкой.

— Можно и узнать, если это было с тобой. Мне про тебя всё интересно.

Лиза вздохнула и нехотя произнесла:

— Люди обсуждали меня, и до сих пор обсуждают, что ребёнка нагуляла, в подоле принесла.

— Как это? — удивлённо смотрю.

— Ты действительно не понимаешь? Давай потом, я не хочу сейчас об этом говорить, — отходит и смотрит, чем там занялась мелкая.

— Если хочешь, я могу пойти и сказать им…

— Не надо! — резко сказала Лиза и жалостно добавила, — Давид, прекрати, прошу тебя.

— Хорошо, не буду, но нужно прояснить этот вопрос и реабилитировать тебя в глазах соседей.

— Зачем, боже мой? Как они хотят думать, пусть так и думают. Итак насмотрелись на меня беременную, а потом с ребёнком. Не нужно устраивать новое кино.

— Ладно, сейчас не будем, но потом обязательно устроим им голливудский блокбастер, чтобы скучно не было, — перевожу в шутку.

— Им уже не скучно. Представь, что сейчас будет, когда мама сядет за руль вот этого джипа, — хитро ухмыляется Лиза.