Книга Встретимся в полночь, страница 94 – Брианна Борн

Я хочу вернуть своего обычного Страта – того, с кем легко, весело, громко и который всегда осыпает меня поцелуями.

Через пять минут после начала фильма он тянется за еще одним куском пиццы, и его губы растягиваются в легкой гримасе. Вилкой он отталкивает от себя соус «Уайлдфайр». Как будто не выносит даже его запаха.

— Тебе он не нравится, – шепчу я.

Страт озадаченно смотрит на меня.

— Соус, – говорю я. – Тебе не нравится.

Он смотрит на соус, который отодвинул, вздыхает.

— Да. Извини. Это единственный соус, который я терпеть не могу. Когда мне было десять, у меня был неприятный опыт желудочного гриппа из-за чесночного хлеба.

Мое тело вмиг напрягается. Я уверена, что правильно помню наш вечер в пиццерии «Уайлдфайр» и как я сказала, что, возможно, мне придется с ним расстаться, если ему не понравится соус. Я точно помню, как он ответил: Мы не будем расставаться, Ария. Я люблю соус «Уайлдфайр».

Он солгал.

Я не знаю, что мне делать с этой маленькой глупой ложью. Я понимаю, что это мелочь, но все равно это ложь. И если он решил солгать насчет такого пустяка… О чем еще мне предстоит узнать?

Следующие тридцать минут я не могу вникнуть ни в одно слово из того, что говорят персонажи на экране. Я не могу унять речитатив в своей голове: Ложь! Ложь! Ложь! – снова и снова. Я слишком остро реагирую. Мне нужно поспать, и тогда утром я смогу все обдумать.

Мы молча убираемся. И тяжесть между нами ощущается прямо физически, когда он провожает меня до двери. На переднем крыльце возле декоративной лампы над нашими головами жужжат насекомые.

Страт колеблется:

— Ария… мы можем на секунду быть искрении друг с другом?

Я выдавливаю из себя улыбку.

— Мы всегда искренни.

— Правда? – спрашивает он так тихо, что я едва слышу.

Он сует руки в карманы, изучает длинную линию крыльца, роскошь дома рок-звезды. Я была здесь всего несколько раз, но видела, наверное, только четверть комнат.

— Если бы у меня не было всего этого, ты бы все еще была со мной?

— Что? Конечно.

Его плечи падают, взгляд устремлен в землю.

— Ария. Я должен кое-что тебе сказать…

Я обхватываю его лицо и целую сильнее, чем обычно. Сначала он удивляется, но затем расслабляется и отвечает. И, поскольку это мы и это единственное, на что я могу положиться, химия между нами срабатывает.

Меня сковал внезапный страх, поэтому мне пришлось остановить слова, рвущиеся с его губ.

Когда я отпускаю его, Страт опускает голову и с тихим смешком проводит рукой по волосам. Это самое похожее на улыбку выражение, которое я видела на его лице за весь вечер, и это для него очень необычно.

— Вот так, – шепчу я. – Уже лучше, правда?

— Лучше.

Он притягивает меня к себе и крепко обнимает. У нас все хорошо. Мы потрясающие. Счастливые и влюбленные.

Я рывком выныриваю из воспоминаний и вижу мускулистого лысого парня в черной футболке, который выходит из-за угла дома солиста «Слайдкик». Он идет прямо ко мне.

О, черт.

Бегство выглядело бы подозрительно, поэтому я прижимаю телефон к уху и начинаю что-то бормотать.

— Боже, ты в доме с фонтаном перед входом? Я такая идиотка!

Я быстро ухожу – не слишком быстро, не веди себя подозрительно – и разыгрываю еще несколько театральных взрывов смеха.

Мое сердце выпрыгивает из груди, но телохранитель не преследует меня. Сев в машину и почувствовав себя в безопасности, я нажимаю кнопку блокировки. Я сжимаю руль, пока пульс не приходит в норму, затем завожу машину и отъезжаю от обочины.