Книга Встретимся в полночь, страница 49 – Брианна Борн

Моя улыбка буквально растекается по всему телу:

– Спокойной ночи, Страт.

Воспоминания отпускают меня, и я, пошатываясь, опускаюсь на верхнюю ступеньку.

Мы были там совсем не такими, как сейчас. Это была прежняя Ария, готовая влюбиться в подмигивание красавчика и сладкие слова.

А Страт был больше похож на парня, которого я встретила в лесу. Немного дерзкий, слишком обаятельный.

Я закрываю глаза и пытаюсь вспомнить что-нибудь еще.

Что произошло потом? Когда я ему позвонила? Когда мы увиделись в следующий раз? Мне отчаянно хочется узнать подробности. Но, как бы я ни старалась, я не могу заставить свой мозг вспомнить еще что-нибудь о Страте.

Такова особенность воспоминаний. Время сглаживает их грани, пока от них не остается только блестящая речная галька. Сначала ты не можешь вспомнить, что на тебе было надето, а затем и что ты делал перед этим. И тогда остаются лишь жгучий образ и чистоечувство. И постепенно оно тоже становится эхом.

Есть что-то странное в конкретно этом воспоминании на крыльце. Или скорее… в том, что оно возникло на том же месте. Я хватаю телефон и лихорадочно набираю текст.

Страт, я думаю, мы сможем вернуть их.

Воспоминания.

Я нервно прохаживаюсь взад-вперед, ожидая ответа. Возможно, он еще за рулем…

На экране появляется сообщение о входящем видеозвонке. Я сразу же отвечаю.

— Что ты имеешь в виду? – спрашивает он без предисловий.

Я рассказываю, как несколько минут на крыльце вызвали оставшиеся воспоминания о том вечере.

— Я увидела еще целую минуту из нашей встречи. – Мой пульс учащается по мере того, как идея укрепляется в моем сознании. – Страт, я думаю, мы сможем вытащить воспоминания.

— Ты думаешь, если мы попытаемся побывать в тех местах, которые видим в отрывках, оставшееся тоже вернется?

— Звучит неправдоподобно, я знаю, – говорю я, и мои плечи опускаются, я вдруг начинаю чувствовать неуверенность. – Неважно, мы можем…

— Эй. Может, это и правда звучит неправдоподобно. Но Ария? – Он криво улыбается. – Кто мы такие, чтобы судить? Говори, куда поедем.

На парковке перед концертным залом моей школы кипит жизнь, та особая энергия перед выступлением, за которой я любила наблюдать со стороны. Семьи выходят из машин и идут к зданию, обходя меня на тротуаре, словно я камень в реке. Младшие братья держатся за руки своих матерей, младшие сестры сидят верхом на плечах у отцов. Солнце заливает все вокруг розово-оранжевым сиянием, превращая день в ночь.

Я перекладываю два билета в руках, как игральные карты. Театральное общество старшей школы Риджкрофт представляет: «Пиппин»!

Я оглядываю ряд машин в поисках универсала Страта. Если он не приедет вовремя, я убегу – мне не очень-то хочется смотреть, как дюжина моих одноклассников разгуливают в расшитых блестками комбинезонах. Было время, когда я попросила бы Ариссу занять для меня место в первом ряду на каждый вечер показа этого спектакля. Дин, как всегда, играет главную роль, но, несмотря на все недели и месяцы тоски по нему, мне совершенно неинтересно смотреть на него сегодня.

Я прикрываю глаза и снова осматриваю парковку. Жду еще три минуты, затем сую билеты в сумочку. Я уже на полпути к своей машине, когда вдруг слышу, как Страт выкрикивает мое имя.

— Прости! – подбегает ко мне, запыхавшись. – Извини, пожалуйста. Пробки.