Книга Встретимся в полночь, страница 106 – Брианна Борн

— Прости, ты не обязан отвечать на этот вопрос. Я веду себя глупо, я знаю. – Я изо всех сил стараюсь выглядеть храброй. – Все в порядке, потому что ты этому принадлежишь. Я понравлюсь им, потому что нравлюсь тебе.

Я расправляю плечи, но, когда пытаюсь подняться по роскошным ступеням парадного входа, уже Страт тянет меня за руку. Мускулы на его челюсти напрягаются, как будто он тоже собирается с духом, а затем мы начинаем подниматься.

Фасад большого зала показался мне впечатляющим, но он меркнет по сравнению с тем, что внутри.

Комната огромная, с консольными балками, уходящими к высокому потолку. Стены подсвечены тысячами крошечных голубых прожекторов, а под ногами шуршит снежный покров. Я знаю, что это искусственный снег, но не могу оторвать взгляда от того, как подол моего платья кружит его маленькими вихрями.

Круглые столики, задрапированные льдисто-голубым шелком, окружают сверкающий деревянный танцпол. В одном конце зала на белом экране демонстрируется слайд-шоу. Парни на поле в белоснежной одежде спокойно играют в крикет, парни на грязном поле жестко играют в регби, они принимают медали, кубки и премии. Страт сидит за роялем.

— Я принесу тебе напиток, – говорит он.

Я перевожу взгляд на него. Мы только что пришли. Я хочу сказать не оставляй меня, но уголки его губ сжаты, и это заставляет меня его отпустить. Я отхожу в другой конец зала и останавливаюсь у стола с канапе. Я провожу рукой по своей «Ультрафиолетовой мечте».

Наше появление осталось совершенно незамеченным.

Неподалеку девушка и парень тихо переговариваются. Я узнаю этого парня – он был на вечеринке, на которую Кади затащила меня много месяцев назад. Стью. Я пытаюсь повернуться так, чтобы он меня не увидел, но он вдруг поворачивается и подходит ко мне.

— Прости, я тебя знаю? – спрашивает он.

— Эм. Я так не думаю.

Стройная, бледная, как призрак, блондинка кладет руку на плечо Стью:

— Она пришла со Стратом Мэдиганом.

— А, так ты девушка Страта, – говорит Стью.

Его улыбка широкая и дружелюбная, но под ней скрывается какая-то резкость. Как будто он вспомнил какую-то шутку, которую я все равно не пойму.

Девушка протягивает мне вялую, холодную руку.

— Эвелин, – говорит она. Я тяну руку для рукопожатия, но она лишь легонько касается моей кончиками пальцев.

— Ария, – выдыхаю я.

— Мне нравится твое платье, – говорит она, но что-то в ее скользком тоне заставляет меня думать, что она имеет в виду прямо противоположное.

— Спасибо, – говорю я. – Мне твое тоже нравится.

Я сжимаю в кулаке фатиновую юбку, чтобы не потерять самообладание. Все девушки здесь одеты в облегающие платья-футляры из роскошных тканей в оттенках металлик, словно тонированные спортивные статуэтки, переливающиеся жидким золотом и ртутью. У большинства платьев разрезы до бедер, а некоторые дополнены сетчатыми вставками в стратегически важных местах. Те немногие, кто не одеты в металлик, выбрали черное или белое. Мое платье в лавандово-фиолетовых тонах здесь самое яркое и пышное. Колокол моей юбки волочится по полу в радиусе почти метра, а цветы, которыми я обильно украсила вставку от талии до пят, сверкают в свете лампочек.

Я была права. Я не принадлежу этому месту.

Стью и Эвелин уходят, не попрощавшись, его рука грубо скользит по ее заднице. Я осматриваю огромный зал в поисках Страта. Куда он делся?