Книга Проклятье снова между нами, страница 33 – Ульяна Муратова

Что удивило во внешности гостя больше всего — так это два блестящих круглых куска стекла в тонкой проволочной оправе, плотно сидящей на носу. Дервин недоумённо рассматривал узкое интеллигентное лицо целителя с неяркой височной печатью, свидетельствующей о слабом даре.

Поздоровавшись, Дервин сел напротив, не совсем понимая, что делать. На обычный приём у целителя это никак не походило. Врач даже не притронулся к нему, не говоря уж о применении диагностического заклинания. Вместо этого он представился и посмотрел на пациента сквозь стёкла перед глазами.

Дервин наконец догадался:

— Это какой-то необычный диагностический артефакт?

— Вовсе нет. Это окуляры.

— И для чего они нужны? — с любопытством спросил Дервин.

— Ни для чего, — невозмутимо ответил целитель.

— А… а зачем вы тогда их носите?

— Знаете, юноша, это на самом деле презабавная история. Много лет назад, когда я только начинал работу в клинике, у меня был пациент. Чужемирец, который испытывал огромные сложности, адаптируясь к нашему миру. Один из тиков, который у него был, — странное движение пальцем по восходящей от кончика носа к переносице. Оказалось, что в своём мире он привык носить и поправлять окуляры, однако в Доваре необходимость в этом отпала, ведь лечение близорукости обходится не так уж дорого, а наложить требуемое заклинание способен почти каждый целитель. Лишившись окуляров и не испытывая в них больше физической потребности, мой пациент испытывал глубочайшие моральные страдания из-за их отсутствия. Тогда я порекомендовал ему заказать простые стёкла и носить их, несмотря на то, что ему это не требовалось.

— И это помогло ему?

— Нет, это сделало ещё хуже, потому что подчёркивало его инаковость и лишь усугубляло невозможность адаптироваться. Когда стало ясно, что дело может закончиться попыткой суицида, я заказал такие же окуляры для себя и пригласил его на беседу. В ту ночь у нас случился небольшой прорыв, и постепенно он встал на путь выздоровления.

— Так зачем вам эти окуляры сейчас?

— Они помогают мне отделять рабочее время от семейного. Как только я снимаю их, я перестаю быть целителем душ и становлюсь обычным полуночником со скверным характером и пристрастием к чтению дурно написанных детективов, — в голосе чувствовалась самоирония. — Но гораздо важнее, что окуляры напоминают мне об огромной разнице, лежащей между «должен», «хочу» и «могу». Я не должен их носить, но хочу это делать, могу и поэтому ношу. К примеру, сейчас я должен с вами побеседовать, но хочу прогуляться. Однако я могу это совместить, поэтому надевайте пальто, ноблард Местр, и извольте показать мне ваш парк, пока мы беседуем.

Дервин хотел вернуться к Лире, однако должен был поговорить с врачом, и две эти вещи отнюдь не совмещались друг с другом.

На улице было холодно и ветрено, но хотя бы не дождливо. Время приближалось к полуночи, Луноликая играла в прятки — то скрывалась за тучками, серебря их краешки, то выглядывала из-за них, дразня лучами.

— Насколько я мог наблюдать за свою практику, проблема человека всегда в том, что его «должен», «хочу» и «могу» категорически не совпадают. Один хочет содержать семью и должен это делать, но не может. Другой хочет быть с понравившейся женщиной, но не должен изменять жене и не может нарушить брачную клятву. Третий может и должен управлять семейным предприятием, но не хочет этого делать.