Книга Проклятье снова между нами, страница 32 – Ульяна Муратова

— Лира, извини, что отвлекаю, — он протянул ей цветы, и когда она их приняла, добавил: — Прости меня, пожалуйста.

— За что? — озадаченно спросила она.

— За всё, — уверенно ответил он и коснулся её руки: — Только не улетай никуда, ладно? Я сейчас закончу одно дело и свожу тебя за покупками.

Магия предложения свозить за покупками сработала безотказно. Лира неуверенно улыбнулась в ответ и сказала:

— Ну ладно… И город покажешь?

— Обязательно, — с готовностью пообещал Дервин. — А ещё можешь не бояться моей мамы, она не причинит тебе вреда и злится только на меня.

К последним словам жена явно отнеслась с долей скепсиса, однако спорить не стала. Он взял её за правую руку и поцеловал ладошку, щедро дарившую ему жизненные силы, утешение и нежность.

Лира не только не вырвала руку, но ещё и погладила его по щеке, отчего он весь наполнился воодушевлением и надеждой. Он мысленно снова назвал её женой, посмаковал это слово, принадлежащее к какой-то другой, не совсем его жизни, но неожиданно место для него нашлось, образовалось само где-то под сердцем.

У Дервина никогда не было отношений с девушкой, и он не очень хорошо понимал, что именно должен делать.

Вряд ли с ней можно вести себя, как с младшей сестрой: завернуть в покрывало, щекотать и лохматить, пока та не задохнётся от смеха и не пообещает больше никогда не подкладывать репейники ему в постель. Или всё-таки можно?

Почему-то подумалось, что Лира тоже не против подурачиться, только как проверить? И спрашивают ли о таких вещах? А если спрашивают, то как? Дорогая супруга, как вы смотрите на перспективу быть защекоченной до изнеможения?

Хотя, если уж быть совсем откровенным с собой, щекотать жену как раз и не хотелось. Хотелось обнять, гладить, усадить себе на колени, ощутить запах и тепло её кожи, наконец нормально поговорить, спросить о том, что она думает и чувствует.

Вот только для этого вроде как не время и не место. Не местро.

Оставлять жену во второй раз за ночь не хотелось ещё сильнее, однако Дервин помнил, что его ждёт незнакомый целитель, перед которым уже становилось неловко — слишком неуважительно заставлять его мариноваться в приёмной так долго.

— Как думаешь, твоя мама согласится дать мне схему ритуала, с помощью которого она сняла с тебя проклятие? — спросила Лира.

— Если мама не согласится, то позже я найду способ её достать.

— Маму? — фыркнула Лира.

— Схему, — улыбнулся он. — Боюсь, что маму я достал уже давно.

— Ладно. Показывай, где её кабинет.

— Идём.

На выходе из библиотеки Дервин передал жену вместе с букетом в руки сестры, а сам направился на встречу с врачом, от которой ничего особенно не ожидал.

Чувствовал он себя вполне сносно, ногу Лира собрала так, что даже императорский целитель решил не вмешиваться. Проклятие снято, жена его на удивление даже не возненавидела. Терзало лишь чувство вины за то, что мать лишилась дара, однако никакие зелья от этого помочь не могли.

Врач ожидал в небольшой приёмной, примыкающей к вестибюлю, лишившемуся своей люстры. Дервин внезапно вспомнил её полёт, но тут же отогнал от себя неприятные мысли. Всё же обошлось, а он — боевой маг и вообще не должен обращать внимание на такие мелочи, как падающие люстры.

Сухопарый мужчина в годах внимательно читал какой-то документ и степенно поздоровался, когда заметил присутствие Дервина.