Книга Чужие традиции, страница 65 – Дана Яр

Грагар не отказал себе в удовольствии помыть девушку во всех местах, наслаждаясь ее смущением. Не удержался и прихватил зубами кончик красного ушка, тронул языком сосочки, а уж все что ниже облапал, как полагается. Особое внимание уделив набухшим лепесткам между ног и месту, где должно быть украшение. Диаросаль смущалась, попискивала и пыталась уйти от столь нескромных прикосновений и Грагар оставил ее в покое, дико возбудившись от собственных действий, ее близости и податливости. Он постоянно напоминал себе, что она не орчанка и не настолько вынослива, но тело не хотело слушать доводы разума, оно требовало утопить свою дикую похоть в этой девочке. Только в ней. Грагар начал подозревать, что нескольких дней наедине ему будет мало. Надо срочно писать отцу, чтобы прислал замену, он же ничего делать не сможет, все мысли заняты его нежной эльфиечкой.

Диаросаль с красными ушами натягивала на берегу свою рубаху на мокрое тело, стараясь не смотреть на орка, он уже нацепил свой пояс, но это мало помогло, вздыбленный член приподнял кусок кожи пришитый на поясе спереди, совершенно не оставляя простора для воображения. Девушка не знала куда глаза деть от смущения и дикого возбуждения терзающего тело. Она злилась. Грагар довел ее своими нескромными прикосновениями до точки кипения и отступил, когда она уже готова была на все, это ее сильно разозлило. Зачем он трогал ее, если не собирался ее... С ней. Диаросаль задумалась. Тому, чем они последние сутки занимались должно быть название. Мама называла это соитием. Зачем орк трогал ее если не собирался соить ее? Глупость какая, такого и слова нет. Соитить с ней? Ещё хуже.

— О чем задумалась, моя прелесть? — спросил орк и размотал подол рубахи с ее пальца. Диаросаль покраснела снова и глянув на него исподлобья решила все же спросить.

— А как называется то чем мы... То что вы со мной делали в шатре и тут до этого? — девушка чуть со стыда не сгорела. Зачем спросила? Далось ей это название.

— Это называется любовь. Мы с тобой занимались любовью, — улыбнулся Грагар и подхватил пискнувшую девушку на руки.

— Любовь? — Диаросаль выглядела озадаченной, — Но любовь это чувства, когда сердце поет и душа парит в небесах, — припомнила она строчки из известного эльфийского стихотворения.

— И? Хочешь сказать, что я был настолько плох, что ты не парила в небесах? — ухмыльнулся нагло Грагар, а девушка удивлённо хлопнула глазами, а потом прикусила губу, слегка кивнув.

— Нет, ой! То есть, да! Я... Нет вы не... Я имею в виду, — у Диаросаль от смущения даже слезы на глазах выступили.

— Ну, хватит, не плачь. Тебе было хорошо. Значит у нас с тобой любовь. Было бы плохо это была бы не любовь, — неуклюже объяснил орк. Диаросаль стрельнула в него глазками.

— А вам было хорошо? — спросила она почти шепотом.

— Как никогда в жизни, — серьезно сказал Грагар и понес девушку к шатру.

— Лучше, чем с той женщиной, которая была здесь? — Диаросаль вопрошающе посмотрела орку в глаза.

— Даже сравнивать не буду. Любовь у меня только с тобой, — Грагар был очень доволен, кажется его девочка приревновала его к Гхаре.

Грагар усадил Диаросаль на шкуру под навесом, поправил его, чтобы солнце на нее не попадало и разжёг костер. Ещё одна традиция его племени, жених и невеста обязаны вместе приготовить орочью похлёбку по рецепту семьи жениха, но невеста обязательно должна добавить в нее, что-то своё. Такой похлебкой потом принято потчевать все племя, после заключения брачного союза у шамана.