Книга Целительница для разбитого сердца, страница 21 – Ольга Грибова

— И о твоей собственной. Ты постоянно об этом забываешь, — ответил он.

Я упрямо поджала губы. Опять он о своем. Но разве это не мой долг дочери? Сначала родители заботятся о нас, потом – мы о них. Все честно. Если я могу помочь отцу, я должна это сделать. А как иначе?

Видя мое упрямство, Курт только покачал головой.

— Приступим, — вздохнул он. — Первый этап – испытание тела. Он кровавый и болезненный, Эйвангелина. Твое тело уже никогда не будет прежним после него.

— Хватит меня пугать, — передернула я плечами. — Лучше объясни суть.

— Вот, возьми, — Курт протянул мне свиток. — Здесь список рун, которые ты должна начертить на коже.

Приняв свиток из его рук, я развернула его и невольно вздрогнула. Список был внушительным. Он включал рун пятьдесят, не меньше. И все это каким-то образом должно поместиться на мне.

— Руны наносятся церемониальным кинжалом, — Курт кивнул на стол посреди зала, где лежали необходимые для ритуала предметы. — Ты сама вольна выбирать, где их вырезать. Но помни – шрамы останутся с тобой на всю жизнь.

Добровольное уродование себя – вот что меня ждет. Я уже молчу о том, что это будет больно. Очень! Резать кожу само по себе то еще «удовольствие», а магическим кинжалом – вдвойне неприятно.

Плотно сжав челюсти, я направилась к столу. Кинжал действительно лежал там. Клинок был узким и чуть изогнутым, длиной с ладонь. Сталь отливала холодным лунным блеском, но, если повернуть ее, по поверхности пробегала едва различимая дымчатая тень.

По обеим сторонам лезвия тянулась гравировка – сплетение тонких линий, напоминающих корни дерева. Рукоять была вырезана из черного дерева, плотного и тяжелого, с едва заметной текстурой. По ней проходили тонкие серебряные нити. Не просто украшение, а замкнутый магический узор.

От кинжала не веяло угрозой. Скорее, торжественностью. В самой его глубине таилось ощущение древней силы. Такой, что не требует крови, но примет ее без колебаний.

Помимо кинжала на столе, покрытом бархатом, лежало ручное зеркало. Видимо, чтобы удобнее было наносить руны. Я развернула на свободном пространстве стола свиток и потянулась за кинжалом. Пора начинать. Ритуал ограничен по времени – надо управиться до рассвета.

— Едва коснешься лезвием кожи, его уже нельзя будет отрывать, — предупредил Курт. — В противном случае не пройдешь испытание. Советую сначала хорошенько продумать, куда будешь наносить руны. На них должно хватить места.

Неприятный, хотя и важный совет. Рун действительно много. Лучше всего для них подошла бы спина. Пусть не все, но их большая часть там бы поместилась. Но, увы, даже с зеркалом я так не извернусь.

Какие еще у меня варианты? Грудь, спина, бедра… Хотелось бы избежать открытых мест. Ведь, как Курт предупредил, шрамы останутся на всю жизнь.

И еще одна мысль запоздало посетила меня – придется раздеться. Причем до белья. В процессе я не смогу прерваться на лишнюю одежду.

— Отвернись, — потребовала я у Курта.

— Не могу. Я должен следить за тем, как проходит испытание, — ответил этот наглец.

— Не будь грубияном. За шесть лет в моем теле мало что изменилось. Разве что в худшую сторону.

— Эйвангелина, — вздохнул он, — просто раздевайся уже, твоей чести ничего не угрожает. Или ты не заметила, что я парализован ниже пояса?