Книга Целительница для разбитого сердца, страница 20 – Ольга Грибова

— Вам выделили комнату, где вы можете отдохнуть и настроиться, — сказал он на ходу.

Старое здание стояло отдельно. Его башни отличались неровностью – каждая своей высоты. Издалека они напоминали застывшие языки пламени. В высоких, узких окнах тоже были витражи, но цвета в них выцвели до прозрачности.

Коридор, которым мы шли, оказался длинным, сводчатым, с каменным потертым полом. Здесь сквозило и пахло сыростью.

Нашей целью был бывший учебный класс. Его переделали под личные покои – вынесли парты, заменив их диваном и столиком. Больше здесь ничего не было, и оттого гуляло эхо.

— Я приду за вами на закате, госпожа Бревистон, — он немного помялся и добавил: — Вы можете передумать. Вас никто не осудит.

— Спасибо, — искренне поблагодарила я. — Но я твердо решила.

— Что ж, тогда до вечера, — вздохнув, кивнул распорядитель.

Обхватив себя за плечи, я устроилась на диване. Так и просидела несколько часов, глядя в одну точку. Распорядитель советовал подготовиться к церемонии, но я понятия не имела, как это делать. Мне оставалось лишь уговаривать себя успокоиться. Но получалось не очень, если честно.

Когда в дверь постучали, я вздрогнула. Так скоро? Время пролетело незаметно, хотя я ничего не делала и должна была маяться от скуки.

— Вы готовы? — спросил распорядитель, едва я открыла.

Готова ли я? У меня не было ответа на этот вопрос. Ведь я понятия не имела, в чем заключаются испытания. Их содержание запрещено оглашать заранее. Те же, кто прошел «Поцелуй жизни», свято хранили секрет.

Невозможно подготовиться к неизвестности, но я все равно кивнула.

— Тогда следуйте за мной, — пригласил распорядитель.

Мы снова отправились в путь по коридору. Совсем недолгий. Буквально за следующим поворотом распорядитель распахнул передо мной двойные двери, ведущие в зал для испытаний.

— Все это время с вами будет сопровождающий, — сообщил распорядитель. — Он расскажет, что делать на каждом из этапов, и проследит, чтобы вы не жульничали.

Я с удивлением взглянула на распорядителя. Об этом мне не говорили. Но, наверное, к лучшему, что я буду не одна. Так спокойнее. Хотя испытания все равно проходить самой.

Переступив порог зала, я осмотрелась. Прежде мне не доводилось бывать в подобных местах. Все здесь буквально было пропитано древней магией и испещрено рунами. И темные стены, и сводчатый потолок, и грубый пол.

Руны поблескивали в лунном свете, что проникал через круглое отверстие в потолке. Некоторые символы были затерты временем, другие, наоборот, казались свежими, будто их обновляли совсем недавно. На полу вовсе был сложный узор – круги, вписанные друг в друга, пересеченные линиями и символами.

Воздух здесь был прохладным и неподвижным. Никаких сквозняков и посторонних звуков из коридора. Едва распорядитель закрыл дверь, как наступила абсолютная тишина.

Сначала мне показалось, что я здесь одна. Но я просто не разглядела в полумраке своего помощника. А когда, наконец, увидела, чудом не выругалась вслух. Конечно, это был он . Курт! Готова поспорить, что он сам вызвался. Даже настоял. Но зачем ему это? Хочет мне помешать?

Я обернулась на дверь, но та уже захлопнулась. Поздно протестовать и требовать заменить сопровождающего. Остается лишь надеяться на порядочность Курта.

— Прошу, не мешай мне, — произнесла я. — Речь идет о жизни моего отца.