Книга Попал! В хоршие руки. Лазейка-портал 2, страница 63 – Мартиша Риш

— Светлана, я располагаю зельями. Есть плесневелый корень аира. Или хочешь, я могу тебя м-мм надкусить? Любая хворь мигом пройдет. Взгляни на Дальона, он в добром здравии.

Я перевела взгляд на невольника. Выглядит он, как студент в свою первую сессию. Серая кожа, невменяемый взгляд, засыпает над своей тарелкой. Успокоительный сбор слишком уж сильно помог, впрочем, и влито в невольника было немало. Крышечка графина не вовремя отлетела. Вот и выпил он его почти целиком. Жаль, конечно, но ничего не поделать.

— Нет уж, спасибо. А что, твой укус и вправду способен лечить? — вот уж никогда не поверю.

— В целом да, — с некоторой гордостью произнес муж, — Если я стану кусать тебя раз в десять лет, то ты перестанешь меняться телом. Только суть твоя будет меняться.

— Ни за что не поверю.

— Напрасно, — Оскар будто бы огорчился, перенес свой взгляд на Анютку.

— Меня кусать точно не нужно. Я не хочу еще на десять лет зависнуть в теле подростка. — Да я и не думал, — новоявленный отчим изогнул бровь, — Ты пахнешь, словно юная роза, я же предпочитаю более терпкие напитки, полные вкусов и смысла. Юная кровь — слишком дерзкий напиток, годный только для таких же точно юнцов. Их он пьянит, зрелых же отравляет. Никак нельзя пробовать то, что не по душе. Вот Анджел, это совсем другое дело.

Парнишка испуганно вскинул голову, покраснел до самых ушей.

— Что ты хочешь этим сказать, Оскар? — кажется я взревела, — Ты полагаешь, что твой сын и моя дочь, они…

— Наши дети слишком юны, чтоб думать о чем-то серьезном, — вампир взял в руки вилку, — Как считаешь, наши гости придут или нет? Мне кажется, ты переусердствовала с невольником. Нас могут заподозрить чёрт-те в чем.

— Одет, обут, сыт, здоров относительно. Следов от твоих зубов почти и не видно. Мне кажется, с виду, все с ним в полном порядке. Всегда можно сказать, что невольник просто устал. Мало ли, кто и что делал ночью?

— Моя мачеха абсолютно права, например, мы с Аней поднимались на крышу, до самого утра смотрели на звезды.

— Ты не замерз, сын? — встревожился Оскар.

— Нет, что ты. Мы взяли плед.

Аня резко закрыла лицо ладонями, всхлипнула, затрясла головой. Мне сжало горло. Моя девочка! Она же никогда не плакала, ну почти никогда. Что же там могло случиться на той крыше? И уж тем более на покрывале? Я повернулась к пасынку. Как он побледнел! Только не это. Они же дети, совсем еще дети! Или я опять не права?

— Анджел? — голос Оскара дрогнул, будто бы растрескалась глыба из камня. Он стал не похож сам на себя.

— Отец, все вышло немного не так, как я хотел. К сожалению. Видишь ли, кабинет немного не то место, где можно сделать хоть что-нибудь путное.

Аня заплакала ещё громче, потрясла головой.

— Я не дам его погубить, он же еще не малыш даже. Просто зёрнышко! Но у него тоже есть чувства. Господин Оскар, вы обязаны обеспечить условия.

— Папа, я настаиваю. За мою ошибку придется ответить.

Анджел немного порозовел, поерзал. Аня и вовсе мне подмигнула. Так? Мне кажется, или наши милые дети организовали банду? Я-то человек привычный, но Оскара жаль. Или не жаль? Я еще не решила. Дочери портить игру точно не стану, тем более для меня сейчас это единственный способ хоть что-то узнать.

— Анджел, сын, ты понимаешь, о чем меня просишь? Ваш брак почти невозможен. Вы сводные брат и сестра. Кроме того, — в пальцах вампира хрустнула вилка, разломилась пополам, — Этот мир щедр к нам. Ты-то уж знаешь, мы не люди. И людьми быть не можем до конца. Пройдет месяц, всего только месяц, и нам придется искать место для кокона. В особняке полно слуг, безопасного места нет.