Книга Наследство из другого мира, страница 43 – Мартиша Риш

— Зильбер вернулся? Скажи, что я буду рад его видеть.

— Все куда хуже. Он умер.

— Это ли не подарок богов? — улыбнулся фернирец.

— Подарок, но весьма скромный. Явилась его наследница, та, которую воспитал Зильбер словно родную дочь, круглая сирота.

— И?

— Она убила его. И завладела домом и всем остальным состоянием.

— Включая нас?

— О твоем существовании она, как будто, еще не догадалась.

Фернирец помрачнел.

— Не могла не догадаться. Выходит, колдун выкрал меня для нее? Чтоб получить долгожданный титул для своего рода?

— Может, и так. Держи, ешь. Это твой ужин.

— А ты?

— Меня сегодня ждут пытки. Госпожа велела готовиться, — я смог улыбнуться, загнать страх в самую глубину души.

— Пытки? За что? Что ты такого успел сделать, чтоб тебя пытать?

— Схватил за руку, не признал госпожу, не поприветствовал должным образом, не встретил.

— Вот как.

Парень отодвинул от себя тарелку.

— Ешь, кто знает, когда ты займёшь моё место. Зильбер дал бы тебе отлежаться, а эта… — я пожал плечами.

— Ты точно ничего ей про меня не сказал? Пожалел меня, что ли?

Парень нахмурился, гордый. Фернирцы не принимают жалости, считают ее оскорблением для их семьи. Да только какая семья может быть у раба?

— Нет. Зильбер не велел никому говорить о тебе. Наложил запрет через ошейник.

— Его ставы спали. Смирись, у тебя теперь новая хозяйка и у меня, кажется, тоже, — парень хмыкнул, чуть не засмеялся, — Никогда не думал, что стану принадлежать ведьме. Я, боевой генерал, аристократ! Вещь шохирской колдуньи, да еще и безродной. Как низко я пал! — парень расхохотался, — Она хоть красива?

— Как демоница.

— Что ж, могло быть и хуже, — он изящно отломил кусочек пирога своими тонкими пальцами, будто это было особое блюдо, поданное к столу короля, а не стоящее на каменном полу подземелья, — Я оставлю тебе половину. Постарайся пережить этот вечер

Эрика

Я притормозила у магазина. Повезло! Еще открыт, вон и огонек в единственном окне светится. Странно, что этому магазину уже больше сотни лет. Я даже видела его дореволюционные фотографии. Тогда магазин у озера был еще финским, продавец в белом переднике, все чисто прибрано. Наверняка где-то в подсобном помещении была печь. Теперь все иначе. Магазин обшит вагонкой, будто хочет прикинуться современным. Вместо деревенского окошка — стеклопакет.

— Адольф, ты со мной, — я еще раз окинула творчество крылатого вандала. Вот и как я теперь перед офисом припаркуюсь?

— Я хотел бы осмотреть перспективу наживы.

— Что?

— Крылья хочу размять.

— Когда будешь возвращаться, постарайся ошибиться адресом. Хочешь, я тебе на карте подскажу адреса всех моих школьных обидчиков?

— Я залечу к ним, но не сегодня. Ты, как выйдешь из магазина, позови меня, ладно? Скоро стемнеет, а я в темноте плохо вижу, могу до дома не долететь. Лисы сожрут, кошки потреплют. Расстроишься же? — с надеждой скосился на меня пернатый, но сочувствия не дождался, — Так себе прогулочка выйдет. Сослепу и сам могу кого-нибудь сбить.

— ДТП с вороном, а что — звучит, — я невольно засмеялась, представив себе такой протокол.

— Не смешно! Я буду мстить.

— Согласна, не смешно.

— Выйдешь, примани меня чем-нибудь вкусненьким. Котлеткой, например. Понимаешь, совесть нужно беречь, ее и так осталось немного. Но жалкий остаток Вороновой совести никак не дает мне подчиняться приказам. Котлеткой примани, хорошо?