Книга Тень короля, страница 38 – Мелисса Ландерс

— Им нравится смотреть, как я открываю катакомбы, – шепотом пояснил он. – Только я способен сделать это в одиночку. Остальным приходится объединять свои энергии.

Воздух загустел от заряда, тонкие волоски на шее Сериз поднялись. Она никогда не чувствовала такой мощной магии. По телу побежали мурашки, по спине разлилось приятное чувство. Широкий участок камня перед ней заскрежетал, отделился от стены, подался вперед и отъехал в сторону. За ним оказался темный проход, из которого тянуло сыростью.

Значит, вот он какой – вход в архивы. Сама бы она его ни за что не нашла.

Она вгляделась в тени и увидела, что каменный пол под наклоном уходит далеко вниз. Жрец послал последний маленький всполох энергии, и проход осветился десятками горящих канделябров. Девушка двинулась вперед. Ее рука по-прежнему покоилась на предплечье отца Падрона, которое даже не слишком напряглось, когда он двигал стену своей энергией.

— Отец, я могу задать вопрос?

Он похлопал ее по руке:

— Я ведь уже говорил, Сериз, – спрашивай о чем угодно.

— Ваш дар, – сказала она, заглушая легкий шорох пыли и мелкого мусора под подошвами, – всегда был так велик, или вы взрастили его упражнениями?

— В каком-то смысле и то и другое, – ответил он. – Когда жрец получает дар, он с самого начала проявляется в полную силу. У каждого от рождения есть конечный запас энергии, которую можно преображать. Мне повезло – мой запас больше, чем у многих людей. Занятия помогли мне использовать дар наиболее полно, но они лишь увеличивают действенность и контроль, а не саму силу.

Сериз кивнула. У Видящих было то же самое. Дар зрения, сколь бы силен или слаб он ни был, оставался постоянным до конца жизни прорицательницы.

— Ваш дар проявился рано?

— Нет. Собственно, он проявился утром в День моего Обретения. Можно сказать, что я поздно расцвел, – он наградил ее веселым взглядом, – совсем как одна моя знакомая.

Неожиданный прилив надежды сделал ее походку легче. Может быть, она не сорняк, а поздний цветок?

Коридор привел их к арке, сложенной из чередующихся черных и белых блоков полированного мрамора. Они прошли под ней и попали в помещение, похожее на усыпальницу. Мраморные стены от пола до потолка были усеяны ровными рядами серебряных табличек, на каждой из которых было выгравировано имя.

— Это Последнее Прибежище, – сказал отец Падрон, и его голос эхом отразился от стен. – В этом зале покоятся все верховные жрецы, служившие династии Мортара. Однажды и мой прах будет лежать здесь рядом с прахом братьев, служивших до меня. Быть погребенным здесь – величайшая честь, которую только может даровать человеку Орден. – Он лукаво добавил: – Но я пока что не спешу ее принять.

В мерцающем свете факела Сериз осмотрелась в поисках реликвий или свитков, но увидела вокруг лишь пыль да паутину. Для величайшей чести Ордена усыпальница выглядела слишком неопрятно. Наверное, на паутину мертвым было плевать.

— Вы говорили о древних свитках?

— Да, они здесь.

Он отпустил ее руку и прошел в дальний левый угол гробницы, где с помощью еще одного выплеска энергии открыл узкий проход в другую комнату. Вслед за ним она вошла в закуток, похожий на миниатюрную гробницу. В его мраморных стенах, тоже матовых от пыли, были выбиты ниши, служившие полками для книг в кожаных переплетах и пергаментных свитков, в беспорядке сваленных друг на друга. Сериз не знала, что в этих свитках, но, очевидно, Орден не считал их важными. Глядя на толстый слой нетронутой грязи на полу, она могла сказать, что в эту комнату давно никто не заходил. Однако же она внимательно изучила корешки книг – большинство из них содержали в себе просто имена и даты.