Книга Тень короля, страница 103 – Мелисса Ландерс

В этот момент под полог палатки ворвался Индиго. Должно быть, он посчитал, что хозяйка стонет от боли, и поэтому изо всех сил тяпнул короля за заднюю часть.

Киан отпрянул и прошипел ругательство. Откатился назад, чтобы осмотреть повреждения на ягодицах, и Сериз смогла увидеть Индиго, сидящего на полу палатки рядом с безжизненным зайцем.

Сериз сжала челюсти и медленно выдохнула через нос, успокаиваясь. Похоже, вся кровь ее тела прилила к бедрам, создав новое дрожащее место, которое жаждало прикосновений Киана. Она усилием воли попыталась отогнать ощущение. Нужно было взять себя в руки. Она и так уже слишком далеко зашла.

Киан потер укушенное место и бросил сердитый взгляд на Индиго.

— Кажется, кто-то ревнует.

Щенок лег и устроил голову возле подушки, явно уверенный, что угроза для хозяйки миновала. Сериз снова выдохнула. Тело ей все еще сопротивлялось, но она хотя бы приходила в себя. Она украдкой посмотрела на ягодицы короля и заметила, что кожа не повреждена. Хвала богине, что Индиго прервал их.

Киан наклонился к ней:

— Так на чем мы остановились?

Она вновь уперлась ладонью в его грудь:

— Нам нельзя.

— Что-то не так? – он отпрянул и взглянул на нее. В его глазах плескалось желание. – Боишься, что нас кто-то услышит?

— Нет, – ответила она. – Ну, то есть да, но остановиться мы должны не поэтому.

Он вопросительно поднял бровь, и она рассказала ему о своих опасениях насчет акта любви, что Орден утверждает, будто он затуманивает зрение или вовсе может не дать ей получить дар.

— Но это еще не все, – шептала она. – В дневнике матери Страут сказано, что закатные руны дадутся только истинно верующему почитателю.

— Я не знаю никого, верующего более истинно, чем ты.

Она покачала головой. Верить сердцем было недостаточно.

— Орден говорит, что я должна отдать себя богине полностью – и тело, и душу.

— И ты ему веришь?

Она прикусила губу. Уже неясно было, чему стоит верить.

— Тебе поможет, если я скажу, что жрецы ошибаются? – спросил он, но тут же покачал головой. – Нет, конечно. Они с детства сеяли в тебе эти семена. Корни уже глубоко проросли.

Она взяла его лицо в свои ладони. Она должна была снять проклятия. Должна была быть достойна закатных рун и получить зрение, чтобы с помощью своего дара исцелить его. Способность пойти за ним во тьму вчерашней ночью, что бы она ни значила, вряд ли ей пригодится. Если для нее еще была возможность получить настоящий,полезный дар, следовало ее оберегать.

— Подождем до моего Дня Обретения, – сказала она. – Не будет вреда.

— А если ты все же получишь зрение? – спросил он. – Что тогда? Не будешь ли ты так бояться его затуманить, что при этом затуманишь собственный свет?

Она не знала, что ответить.

— Сериз, я уважаю твое решение, – прошептал он. – Но я король и кое-что смыслю в управлении. Те, кто был до меня, правили с помощью страха, и мой отец тоже был таким. И скажем прямо, это действует. Страх очень хорошо мотивирует. Но тот, кто запугивает своих подданных, чтобы они ему подчинялись, – слабый и неумелый предводитель. Сильный правитель вдохновляет других следовать за собой. То же можно сказать и о вере. Любой орден, достойный твоих молитв, будет вдохновлять и вести за собой, а ложный будет создавать иллюзию страха, чтобы контролировать. Тебя будут запутывать так же, как сейчас. Велят не сомневаться в них и не задавать вопросов. Изобретут несуществующие правила и последствия, чтобы ты боялась ослушаться их – так же, как ты боишься сейчас. Так спроси себя: почему жрецы не могут вдохновлять тебя своей благодатью? Не потому ли, что у них ее нет?