Книга Как ко мне сватался Ветер, страница 38 – Даха Тараторина

— И что? – подбодрил Шляпа.

— И… Мелковат он, – поразмыслив, выбрал слово Рой. – Помельче меня будет. Я думал, он… страшнее.

— Не видел, значит, – ухмыльнулся мужчина и неспешно стащил шляпу.

Он оказался старше, чем представлял Рой. Виски заметно посеребрила седина, и от этого казалось, что на черноволосой голове надет боевой шлем. Брови его постоянно находились в движении: скакали вверх-вниз, топорщились, сходились к переносице…

— Да его вообще мало кто видел! – оправдался Рой. – Чего на него смотреть? Да и ему чего показываться?

— И то верно. Чего ему показываться? Он держит вас в страхе и без этого. Вы сами себя достаточно пугаете. Так, может… Ветер не так уж и силен, как считается?

Рой переступил с ноги на ногу – вывихнутое колено нехорошо хрустнуло. Нет. Он точно знал, что Ветер силен достаточно! На себе испробовал! Но змеиный шепот продолжал соблазнять:

— Ведь может, к примеру, найтись кто-то, способный победить монстра?

— Угу, один уже, помнится, нашелся… Дочь сейчас расплачивается за него…

— У него не было меня, – обезоруживающе честно улыбнулся соратник. – И не было готовности стать героем. А ты готов, Рой? Спасешь Предгорье? Освободишь девушку? Ты готов стать героем?

Рой крепко задумался. Он все еще помнил, как дрожали плечи Тиссы, заклейменные меткой чудовища, когда он прикасался к ним. Так же хорошо он помнил, как больно падать на камни, когда ураган вышвыривает тебя из окна. Но Тиссу он помнил все-таки лучше.

Сама не зная для чего, сегодня я нарядилось в белое. Да еще и волосы заколола шпильками, увенчанными зелеными листьями. Однако Полох не соизволил выйти к завтраку, так что вся подготовленная красота без толку отражалась во множестве зеркал столовой. Что ж, случались дни похуже и поступки глупее, чем этот. Я прихватила чашку кофе и направилась в спальню жениха. И, как повелось в этом доме, сначала переступила порог, а после уже спросила:

— Можно войти?

Полох вздрогнул, резво убрал ноги со стола, опрокинув и расплескав при этом чернильницу, уронил что-то на пол и, быстро подняв, спрятал за пазухой глубоко расстегнутой рубашки. Тщетно попытавшись принять достойный вид после произошедшего, он протянул:

— Разве у нас принято входить без стука?

— Разумеется, – беззастенчиво кивнула я и поставила перед ним чашку. – Следую заведенным вами же правилам, возлюбленный жених.

— Любимая невеста, – ответил он в тон, – вы крайне внимательны! Чем обязан такой заботе? Вы снова припрятали за корсажем нож и планируете перерезать мне горло?

Ветер поймал меня за запястье и заставил наклониться. Приобнял за талию и провел ладонью по ребрам, якобы удостоверяясь в отсутствии оружия под платьем. На миг я забылась. Словно и не было холодных гор, жестокого хозяина ветров и страха. Были лишь Полох – насмешливый и дерзкий – и я, наслаждающаяся его прикосновением. Но то лишь на миг.

— Хотела убедиться, что вам сладко спалось сегодня ночью, возлюбленный жених, – пролепетала я, прикидываясь, что все мысли не сосредоточились на его горячей ладони под грудью.

Ветер не дрогнул. Отпустил меня и, кажется, даже немного отпихнул. Его присутствие на празднике не выдавали ни синяки под глазами, ни зевота. Разве что постель была аккуратно прибрана: либо ее успела застелить Рея, либо вовсе не расстилали со вчерашнего дня.