Книга Развод с драконом. Лавка мороженого попаданки, страница 59 – Кира Лин

— То есть, по-твоему, меня кто-то подослал, я тебя «окрутила», всё это время играла роль, а ты… — она усмехнулась, — ты ничего не заметил?

Меня окатило новой волной гнева.

— Ты сама подводишь меня к этому выводу.

Адриана смотрела на меня несколько секунд, не мигая.

А потом, понизив голос, с насмешкой произнесла:

— Неужели тебя так легко вокруг пальца обвести?

Я против воли усмехнулся. И, потирая подбородок, выдержал паузу.

Экипаж мерно покачивался на выбоинах, подчёркивая напряжение, повисшее между нами. Внимание, против воли, снова и снова возвращалось к Адриане.

Я совершенно не знал её.

И не пытался сблизиться — к чему душой кривить? Да и зачем?

Считал её удобной партией — послушной, тихой и робкой. Казалось достаточно того, что она из приличной семьи и училась в академии. Обыкновенная, неприметная девица.

А теперь сидел напротив женщины, которую, как выяснялось, не знал вовсе.

В ней появился стальной стержень — откуда ни возьмись.

Она не ломалась под давлением, не отступала, не пыталась смягчить углы. Наоборот — отвечала, спорила, смотрела в упор. Не боялась меня, как прежде.

И хуже всего было то, что меня это заводило.

Наблюдая за ней в эту минуту, я внезапно для себя осознал, что именно этого мне не хватало в ней, в наших отношениях — некой остроты, её непокорности, характера.

Я желал именно такую женщину, а не тихую, безропотную, скучную мышку, смотрящую в рот. Сколько их таких, согласных на любые унижения, только бы заполучить тёплое местечко рядом со знатным драконом и ни в чём не нуждаться.

Готовых терпеть измены, закрывать глаза на похождения супруга.

Далеко ходить не нужно — у большинства моих приятелей именно такие спутницы. Их в академиях штампуют такими?

Глядя на семьи друзей, на взаимоотношения с жёнами, я с горечью осознавал, что и меня ждёт подобная участь. Таковы нормы общества.

Но я не находил ничего нормального в такой жизни.

Запах Адрианы тоже стал иным — тёплый и сладковатый, с едва уловимой горчинкой шоколада. Он вызывал животное напряжение, будоражил дракона, опьянял.

Чешуйчатый купался в нём, как кот, обожравшийся сливок. Готов был развалиться перед Адрианой кверху брюхом и урчать от удовольствия.

Я как околдованный следил за её жестами, внутренне сгорая от ярости.

То, как она двигалась, как поворачивала голову, как прищуривалась, когда злилась…..

Я поймал себя на том, что любуюсь ненавистной женой.

Единственное, что отрезвляло — напоминание о её предательстве.

Я отвёл взгляд, мысленно сосчитал до пяти и снова вернулся к разговору, который мы так и не закончили.

— Ты уверяешь, что не знаешь, почему он выбрал именно тебя, — ледяным тоном начал, стряхивая пылинки с пальто. — Но ты ведь понимаешь, что это не случайность. Мы оба понимаем. И чем быстрее ты сознаешься и перестанешь строить из себя идиотку, Адриана, тем быстрее мы закончим эту беседу.

Она усмехнулась, не глядя на меня. И постучала подушечкам пальцем по губам.

— А смысл? Ты, похоже, уже всё решил за меня, — ответила она. — Тебя не интересует правда, Кристиан. Ты хочешь услышать то, что сам себе напридумывал. Я должна подтвердить твою теорию. И останется лишь подогнать факты.

— Я работаю с тем, что вижу, — отрезал я.

Она повернула голову, и мы схлестнулись взглядами.