Книга Избранница сильнейшего мага, страница 76 – Екатерина Политова

Тьма дернулась, метнулась ко мне и вдруг обошла по дуге. Я знала, каково это - когда тьма тянет силы и магию, ректор так делал, чтобы успокоить мою бушующую силу. Но сейчас этого не произошло, только у него под рубашкой что-то засветилось золотым светом, где-то в районе сердца, а по шее с той же стороны поползла тонкая-тонкая линия. Адам будто пришел в себя и тут же отклонился к стене.

— Что это? У вас под рубашкой? — выдохнула я.

— Тьма тебе не навредит, не сможет. Я об этом позаботился, потом объясню, — выдохнул он и, прикрыв глаза, нахмурился.

Я и не стремилась быть приманкой, вообще я собиралась сделать кое-что другое. Взяв его руку я накинула на широкое запястье ректора свой браслет и прижала ладонью.

Адам накрыл мою руку своей и открыл глаза.

— Хорошая идея, но сейчас мне этого мало, Аннабель. Надень второй браслет на себя, не будем добавлять Растару проблем. Ты нервничаешь - можешь не справиться.

— Хорошо, но этот оставьте, — отозвалась я и застегнула один из браслетов у себя на руке.

Академия вдруг задрожала, и Адам выдохнул громко и тяжело.

Я оглянулась, увидев, как за окном над Академией поднимается густой черный дым. Он закрывал небо, звезды, магические фонари вдоль дорожек, всё. Казалось, что мир исчезает в этом мраке. Почти вся огромная территория Академии Растар погружалась во тьму. Она накрывала здания, словно живая, вытягивая свет из каждого угла, из каждого окна. Но больше всего я боялась за магов, потому что тьма ведь потянется и к ним.

А потом… она вдруг начала отступать, ползти по дорожкам обратно. Словно волна, отхлынувшая от берега.

— Адам… — прошептала я, оглянувшись.

Он сидел откинувшись затылком на стену и в маленький просвет среди тьмы я видела его лицо. Его глаза были черными, абсолютно черными. Он стискивал зубы, будто боролся сам с собой, а его руки были сжаты в кулаки. Мой браслет сполз на пол. Я увидела, как на его ладонях появились черные прожилки магии, и тот странный свет под его рубашкой медленно мерк. И белые волосы ректора почернели почти полностью, лишь пару белых прядей остались нетронутыми.

Я чувствовала, как магия внутри него бурлит, как она борется с ним, но он не сдавался. Тьма за окном почти исчезла, но я видела, какой ценой это ему дается.

Внезапно он закашлялся, резко опустив голову и я увидела, как с его губ стекла капелька крови и упала на белую рубашку.

— Адам, — в отчаянии я обхватила его за плечи. — Тьма вас убивает, оставьте, пусть.

Я сама не понимала, что говорю. Пусть что? Забирает всех? Всех, но не его? Как я могла о таком просить.

— Это мой долг, — отозвался он тихо, но бесконечно решительно. — Я ректор этой академии и не позволю ей погибнуть от моей магии, — прохрипел он.

— Тьма вас мучает, — шмыгнула я носом и убрала прядь черных волос от его лица.

Но Адам мотнул головой, попытался нащупать браслет. Я подала его, чтобы он опять прижал его к запястью.

— Тьма никогда не вредит физически, Аннабель, — проговорил он и, опираясь на стену, поднялся. — Ты вредишь себе сам, когда сопротивляешься. Идем.

Я обхватила его поперек груди и помогла идти, хотя теперь точно знала, что если ректор решит упасть - я его не удержу, он слишком тяжелый.

За окном я видела свет луны, но в коридоре, по которому мы поднимались всё вверх и вверх, было по прежнему ничего не видно.