Книга Избранница сильнейшего мага, страница 44 – Екатерина Политова

Я шла за Адамом, стараясь не отставать. Что сюда, что обратно - он вел меня какими-то иными коридорами, будто специально, чтобы никого по пути не встретить. Будто… изолировал меня от всего мира и даже от самой Академии.

И в этой изоляции, рядом с ним, в его башне… я чувствовала, что этот человек по-прежнему страшно далек. То, что он провел эти пару дней со мной ничего не меняло. Я только училась, он только учил. И безысходность давила всё сильнее. Будто нет смысла бороться, не смысла пытаться хоть что-то сделать. Ректор никогда не нарушит свои правила, никогда не подвергнет свою репутацию риску. И я со своей стороны тоже обязана его репутацию не портить.

Когда мы вошли в башню, Адам остановился у лестницы, ведущей наверх, в его спальню. Он обернулся ко мне и вдруг произнес:

— Кажется, не в моих силах запретить тебе пойти на зимний бал.

В уголке его губ мелькнул едва заметный намек на улыбку. Я замерла, не сразу поняв, шутит он или говорит всерьёз.

— То есть мне можно? — спросила я осторожно, уставившись на него во все глаза. — Мне можно пойти?

— Ты решила не все свои проблемы, но, по крайней мере, честно пыталась разобраться и хорошо продвинулась, — ответил Адам сдержанно.

Я не смогла сдержать радостную улыбку.

— Спасибо! Спасибо! — заговорила я громко.

И тут же я задушила порыв его обнять в благодарность.

— Завтра мы едем в город, — добавил ректор вдруг.

— В город? — я не поняла, о чем он.

— Но фамильяр остается в Академии. Под надзором её творца Грейвса, — заметил Адам.

— Хорошо, как скажете. А… зачем нам в город?

— Я еду работать. А ты… не знаю, чего там тебе надо к балу, — раздраженно взмахнул рукой ректор. — Всё, не донимай меня тонной вопросов.

С этими словами он распахнул для меня дверь, ведущую в основную часть его жилища, чтобы я уже вошла и он мог запереть меня.

Я молча шагнула в гостиную и обернулась в последний момент. Но сказать то, что было у меня на уме не решилась.

— Ну что ещё? — будто устало спросил Адам, заметив, что я промолчала о чем-то.

Я лишь мотнула головой и потянула дверь на себя.

— Спокойной ночи, господин ректор, — проговорила я тихо.

Я так устала существовать с этой тяжелой надеждой под сердцем. И не знала, как это вытравить. И не знала, как сказать ему об этом. Да и... не надо ректору этого знать. Всем будет легче, пока мы разделены стенами.

И у меня же под подушкой было отличное средство перестать думать об Адаме!

Впустив Ай обратно в спальню, я зарылась под одеяло и выгребла все маленькие записочки написанные немного корявым, но понятным почерком Леопольда.

“Привет, Корица. У нас всё хорошо. Пирог в столовой стал лучше, а я жду, когда ты его попробуешь…”

“Привет, Корица! Кажется, я создал очередного недо-фамильяра. Отец меня скоро прибьет! Зато он плюется огнем! Когда выйдешь из-под стражи, покажу тебе его!”

“Привет. Я скучаю, напиши хоть что-нибудь. Ректор фон Кирс, если всё это попало к вам, то уже скажите в лицо, наказание приму, а то я тут как дурак… “

Последнему я рассмеялась, в надежде, что Адам всё же ко мне под подушку не заглядывал. Перевернув одну из записок, я взяла карандаш и написала ответ:

“Неси своего нового фамильяра на бал! Там и увидимся!”