Книга (не) настоящий пират для поддельной рабыни, страница 25 – Наталия Ош

— Молодец. Теперь смотришь внимательно, чтобы мы не подплыли близко к бочкам и другим обломкам, — я закивала. — В какой стороне канарейка?

— Там, — показала я рукой, другой крепко держась за плечо и грудь мужа.

— Головой, Кайез.

Повернула голову, чтобы смотреть на бриг прямо. Курт тут же крутанулся в воде, в указанном направлении.

— Говори все, что видишь, — сказал он, сделав большой гребок в сторону корабля пиратов.

— Справа бочка, метра два от нас.

— Хорошо, дальше.

Передвинула голову к другому плечу, и в ужасе прошептала, каменея от страха:

— Слева…

— Сколько?

— Меньше двух, — выдавила, глотая слезы, глядя на темно-синий сюртук, вздувшийся над водой.

— Берег. Что на берегу?

— Бриг плывет сюда.

— Какой? — продолжал плыть Курт.

— Раз, два, три, третий от «Канарейки» слева, — меня трясло, зубы стучали, ноги отказывались работать. — От «Канарейки» к нам плывет шлюпка.

— Плохо, смотри, чтобы мы были от нее подальше и в тени. Веди меня, Кайез.

— Почему? Это же за нами. Справа доска.

— Пока говоришь, что видишь, потом объясню.

Курт медленно приплыл к пиратскому бригу, сделав большую дугу в воде. Чем ближе мы были к пристани, тем легче мне становилось, рядом не было обломков, бочек и еще не так давно улыбавшихся в предвкушении салюта магов. Но холод сковывал, парализовал. Только горячая спина мужа и его твердые мышцы. Мое дыхание стало прерывистым, а говорить я уже могла с трудом, пытаясь сжать зубы сильнее, чтобы они не стучали так громко.

Курт придержал веревочную лестницу, сброшенную с «Канарейки», и расцепив мои замерзшие руки заставил лезть вверх, сам начал подниматься следом.

— Тихо, — сказал он шепотом, прижимая меня собой к кораблю и зажимая мне рот ладонью.

Сверху донесся разговор:

— Еще раз, где капитан?! — спрашивал незнакомый голос.

— Сами ждем, — ответил старпом.

— Зачем отправили шлюпку к кораблю? — снова незнакомец.

— На помощь, но так рвануло, что и помогать там некому.

— Береговые без вас справятся. Давай сигнал своим, пусть возвращаются, — командовал неизвестный.

В небо взметнулась красная тонкая стрела и сделав дугу погасла, до того, как упала в воду.

— Обыскали все, пусто, — добавился третий голос.

— В воду, — шепнул мне Курт, медленно утягивая меня вниз.

Руки тряслись и не слушались. Мы бесшумно погрузились в черную холодную гладь. Курт отплыл подальше от лестницы. Потом обнимал меня одной рукой, другой держась за какой-то канат. Пока шлюпка не вернулась на «Канарейку» и ее не досмотрели.

— Скоро, слышишь? — шептал мне Курт.

— Откуда ты знаешь? — заглядывая с надеждой в его белые глаза, стуча зубами и дрожа всем телом, спросила я. — Ты уже видишь?

— Слышу. Они почти закончили обыск. Держись, женушка.

И я держалась, за его плечи, что хоть немного дарили тепла.

Сверху раздались громкие шаги по палубе и все стихло.

— Курт, — донеслось тихое, чуть слышное за стуком воды о борт.

— Здесь, — отозвался капитан.

Нам тихо спустили новую лестницу. Я с трудом взбиралась по ней, все время соскальзывая, но муж уверенно держал меня за талию, не давая свалиться.

Сверху все время доносилось тихое, но радостное:

— Выплыл… Смог…

Как только мы оказались на палубе, капитан тут же произнес:

— Если кто-то коснется моей жены — он труп.

Я стояла рядом и, обняв себя за плечи, тряслась, стуча зубами. Тут же к нам шагнул старпом, снимая свою куртку.