Книга После развода. Брак без обязательств, страница 25 – Алекс Рубин

Беру ключи и улыбаюсь.

— Спасибо большое тебе за все.

— Олька, я же пока ничего для тебя не сделал. Но можешь меня поблагодарить еще раз.

Он многозначительно постукивает себя пальцем по щеке. Громко чмокаю его в скулу и вылетаю из машины. Щеки горят от смущения.

В лифте справляюсь с эмоциями и в квартиру захожу уже спокойно.

— Дети, я приехала!

В доме пугающе тихо. Разуваюсь и бегу в комнату, готовая увидеть что-то страшное.

— Тссс, — прикладывает палец к губам Анечка.

Они расположились на полу в гостиной. Аня с планшетом, а Даник спит рядом, подложив под щеку ладошку. Возле него лежит скомканный плед.

— Он все время раскрывается, — жалуется шепотом Аня. — Я его накрою, а он сбрасывает одеяло.

— У вас тепло, а Данька не любит укрываться, — умильно улыбаюсь, чувствуя огромное облегчение.

Все живы, пожара нет, потопа нет, скорая и полиция не толпятся в квартире.

— Я не смогла его в кровати уложить.

— Ерунда. Он любит спать на полу. Главное, чтобы компания была подходящая, — подмигиваю девочке. — Хочешь чаю?

— И печеньки? — прищуривается Аня, сбрасывая с себя маску вредного подростка и превращаясь в милую девочку. — Поможешь?

Она протягивает руку, и я помогаю ей подняться. А потом поддерживаю, пока она прыгает на кухню.

— А ты умеешь готовить? — спрашивает девочка, примостившись на стуле.

— Умею и обожаю это делать, — мою руки в раковине на кухне и открываю шкафчики, изучая, что и где стоит. — Вот думаю, может, домашний тортик по-быстрому замутим?

— Мама не любила готовить, говорила, что это жрет кучу времени, которое можно потратить с большей пользой. Она предпочитала заказывать готовую еду. Полезную.

— И я с ней полностью согласна, — улыбаюсь грустной Ане. — Если ты что-то не любишь и можешь себе позволить не заниматься нелюбимым делом, это — прекрасно. Но я люблю готовить. Меня это не напрягает.

— Это потому, что ты не работаешь.

— Я работаю. По удаленке. Ночами. Днем у меня просто не хватает на это времени.

Открываю холодильник, смотрю, что есть из продуктов.

— Как ты относишься к котлетам и пюрешке?

Аня пожимает плечами и не отвечает. Сложная девочка, рядом с ней я постоянно напряжена, как на экзамене по нелюбимому предмету.

— Ты же теперь бросишь работу, раз папа будет тебя содержать.

— Нет, не брошу. — Достаю из холодильника фарш и яйца. — Я не собираюсь сидеть на шее у Александра Силыча.

Девочка громко и показательно фыркает.

— И сколько ты зарабатываешь?

— Достаточно для нас с Данилой, — отвечаю сухо.

— Ага, Дан рассказывал, что ты ему не покупаешь приставку, потому что денег нет.

— Я ему не покупаю приставку потому, что он маленький, и потому, что у него проблемы со зрением.

— А вездеход радиоуправляемый не покупаешь тоже из-за зрения? — ехидничает девчонка.

— Нет, потому что на данный момент это не самое необходимое для Данилы. Сейчас самое главное — это вернуть ему зрение. Не считаю себя виноватой в том, что собираю деньги на операцию для своего ребенка.

Видно, что-то в моем голосе проскользнуло, потому что Аня больше не ехидничает. Сидит насупившись.

— Давай чеснок почищу, — наконец говорит она.

— Спасибо, ты мне очень поможешь, — отвечаю с благодарностью.

— А торт будем печь?

— Будем! Я нашла банку вареной сгущенки, так что сделаем «Муравейник».