Книга Пламя ада, страница 162 – Кармен Мола

По ночам Мауро и Леонор пытались уснуть, но мысли о цели путешествия мешали им. Обнявшись, как тогда, на чердаке в Мадриде, когда все только началось, они говорили о прошлом: о пьесе, которую играла Леонор, об Ардериусе, о Рамосе Каррионе, о том, как Мауро учился в университете, о Суточао или о квартире на улице Сан-Буэнавентура, где они прятались. Но чаще они мечтали о будущем – о том, как Лопе будет расти в Соединенных Штатах, возможно, в Сан-Франциско, где журналист поможет им опубликовать рукопись.

— А когда у нас появятся деньги, мы купим маленький домик с садом, – сказал Мауро.

— И будем сажать там цветы, – добавила Леонор.

Рядом с ними – на суденышке не было места для уединения – спали Эмилиано с Росаной. Клара спала рядом с мадам Биссон, Пили следила за Лопе и тосковала по объятиям Пабло Пильдайна, его ласковым словам и признаниям в любви – обильным и сладким. Он был галантным кавалером, таких уже не встретишь. Ее забавляло, как актер раздувался от сладостей и собственного эго.

Несколько дней все провели в тишине, ожидании и мечтах о будущем. Благодаря попутному ветру плавание вышло короче, чем ожидалось. Через два дня капитан причалил к песчаному пляжу и достал из ящика три ружья.

— Они вам понадобятся.

Леонор была впечатлена тем, как привычно Мауро с Эмилиано закинули оружие на плечо. А вот Пардиньяс взял ружье осторожно, будто оно в любой момент могло ударить его током. Леонор взяла дорожную сумку с инструментами, необходимыми, чтобы вскрывать замки и резать проволочные ограждения. Мауро посмотрел на нее и мельком улыбнулся: она неверно истолковала этот взгляд, решив, что он любуется ее красотой и оценил авантюризм и решимость. Однако Мауро думал о другом.

— Ты не сможешь пробираться сквозь джунгли в нижних юбках, – сказал он.

Леонор осмотрела свой наряд – на ней было легкое весеннее платье. Мауро протянул ей холщовые партизанские штаны. Леонор поморщилась, но надела их и подвязала бечевкой. В штанах и кружевной блузке она была готова войти в джунгли.

Пили раздала сумки с провизией.

— Я буду ждать вас в порту Баракоа, – сказал капитан.

Леонор, Мауро, Эмилиано и Пардиньяс высадились. Росана и Пили с маленьким Лопе на руках попрощались с ними, стоя у самого борта, а Клара осталась в каюте с мадам Биссон.

Небольшой пляж был окружен джунглями. Отсюда предстояло идти пешком. Они надеялись, что Пардиньяс вспомнит путь, описанный Тимотео, и выведет их к сахарному заводу.

— Идемте же. Чем скорее мы отправимся в путь, тем скорее достигнем цели, – сказал Мауро.

Капитан попрощался с ними, помахав белым носовым платком, в который потом шумно и протяжно высморкался.

— Вот она, Наковальня…

Баракоа, городок с тремя тысячами жителей, окруженный горным хребтом Сагуа, остался позади, и теперь перед ними возвышалась гора с плоской вершиной – одна из важных отметок на карте, о которых Тимотео рассказывал Пардиньясу. Сахарный завод находился примерно в десяти километрах от этой горы – не так уж далеко, но путь лежал через непролазные дебри, и продвигались они очень медленно. Тяжело было всем, однако Пардиньяс, который, как думали его товарищи, должен был сдаться первым, упрямо шел вперед, будто подчиняясь божественному зову.

— Теперь нужно отыскать большой водопад. Идемте! Мы творим историю… Десятки посредственных поэтов воспоют нашу экспедицию в стихах, – подбадривал он остальных.