Книга Куница. Том 3, страница 149 – Вадим Оришин

Когда мы закончили с развитием, текущим и будущим, Владимир спросил о состоянии команды.

— Как вы после побоища?

— Побоища? — удивила меня формулировка.

Волконский хмыкнул.

— Вы напали на Тихомирова прямо в штабе СБ. Не подождали где-нибудь, где князя не будет окружать сотня человек охраны, а вломились прямо в штаб. С боем пробились к Тихомирову, положив большую часть личного состава. Поэтому да, побоища.

— Я должен был убедить Тихомировых, что могу дать сдачи. Убедил.

Княжич рассмеялся.

— О, да! Именно так!

На это мне было нечего ответить, поэтому вернулся к прошлому вопросу.

— Все целы, восстановятся за день-два полностью.

Владимир понимающе кивнул:

— Вита у всех. И анх?

Мне осталось лишь подтвердить.

Мы ещё обсудили взаимодействие и ближайшие планы, прежде чем Владимир отпустил меня домой.

В машине мои мысли занимал князь и то, насколько он мог изменить сложившееся положение вещей. До недавнего времени я рассматривал выход в высшие сферы общества только как нечто неизбежное, но отдалённое. Возможно, даже подсознательно отодвигал этот момент, потому как не был к этому готов. В моём опыте была война во всём её многообразии. Атаки и оборона, штурмовые операции и проведение диверсий, лобовые столкновения и почти дуэли один на один или двое на двое, засады и ловушки, преследование и уходы от погонь. Обширнейший боевой опыт, делающий меня великолепным командиром младшего звена.

Но не генералом, точно не политиком, и тем более не интриганом. Я, со всей своей силой и знаниями, оказался несколько не тем человеком, что должен был менять будущее. Не тем, кто мог бы возглавить слом текущего курса и переход на новый, кто мог подготовить страну к кризису и конфликту.

И потому Владимир был для меня удобным, князь снимал с меня… Нет, не ответственность, хотя и её тоже. Он снимал с меня ту часть работы, в которой сам я был полным профаном. Не поэтому ли Гамаюн подтолкнул меня к Волконскому? Ведь по этой же причине я окружал себя родовитыми дворянами. Более родовитыми, чем я сам. Для боевого отряда подошли бы ребята, вроде Пригорного, и поднять их до высоких рангов, и натренировать не стало бы проблемой. Своих же родственников я тренирую и развиваю.

Что же. Посмотрим, как себя будет вести Волконский. Владимир, являя собой почти типичного молодого человека княжеских кровей, всё же далеко не откровенная сволочь. Бессмысленно винить рыбу в том, что она плавает в воде, а не летает в небе. Я дам князю шанс. А если Владимир не оправдает ожидания…

Я за ним приду, и этот визит Волконский не переживёт.

С князя мысли перетекли на Людмилу. И Ядвигу. Полька, мягко говоря, удивила своим появлением. Возвращением. Разборки с Тихомировыми отодвинули госпожу Крсманович на второй план, я удерживал конфликт с князем в фокусе своего внимания, и только сейчас смог уделить время мыслям о Ядвиге. И об криво работающем ритуале. Что чувствует и может знать Ядвига?

Если подумать, её должно было тянуть ко мне, к девушкам. Мы объединены магией, связаны, нас не может не тянуть друг к другу. Возможно, я слишком строг? У девушки могли быть самые разные причины резко всё бросить и уехать. Дело не в её срочном отъезде, а в том, что Ядвига не оставила никакого сообщения.

Глупость, мелочь в сравнении с проблемами, которые передо мной стоят. Надо ли мне вообще об этом заботиться? Я за прошедший год больше сотни человек убил, и далеко не все этого заслуживали. Если уж о чём-то переживать, то о смертях этих людей, чем о глупой выходке какой-то девчонки. Простить и забыть.