Книга Сын палача. Том 2, страница 46 – Андрей Ткачев, Вадим Оришин

Канализационные стоки закрыты железными пластинами. Зачем⁈

На улицах бездомные. Оборванные, грязные, подкошенные отчаянием и нуждой. Прохожие немногим лучше бездомных.

Мы проехали мимо бывшего оружейного завода, благодаря работе которого мы продержались чуть дольше во время войны. Сейчас он был закрыт, окна отчасти выбиты, внутри уже изрядно успели помародерствовать. Следующими на глаза попалась группа заводов компании Доверис, принадлежавших одноименному роду. Роду, из которого происходил Моритас. От некогда крупных строений, которые обеспечивали работой тысячи и тысячи рабочих, остались только руины. Местами остались следы сильного пожара.

Въехали в жилые кварталы — лавки, встроенные в первые этажи домов, по большей части закрыты. У некоторых разбитые витражи, несмотря на то что для сохранности они были заколочены досками, это не стало преградой для желающих оказаться внутри. Что здесь творится?

— Выглядишь удивленным, — впервые за пару дней Рада, поравняв своего коня с моим, заговорила со мной сама.

— А ты не удивлена? Всем этим? — я обвел руками улицы, которые приводили меня в уныние и еле сдерживаемое бешенство.

— Чем? — непонимающе посмотрела на меня волшебница. — Здесь не слишком чисто, но это нормально для большого города.

Я чуть с коня не свалился, честное слово.

— Нормально⁈ В Лейсе ничего подобного близко нет.

— А что такого? — пожала волшебница плечами. — Небольшой провинциальный городок. Там и на конях-то почти не ездят. Что не так?

— Да так, почти ничего, — хмыкаю я в ответ. — Просто до войны Дизизис никогда не был таким свинарником.

— Ой, да ладно! — не поверила мне Рада, качая при этих словах головой. — Здесь же полмиллиона человек живет, не меньше.

— Да, — киваю, — и централизованная канализация. Видишь закрытые сливные каналы. Я уже не говорю про выбитые витрины и закрытые заводы.

— Оккупация, — пожала плечами девушка. — Пока заводы не перейдут новым хозяевам никто их отстраивать не будет. Это неизбежные последствия войны и поражения.

Похоже, я чего-то упорно не понимаю.

— Кажется, королевство присоединили, а не захватили для разграбления. Да и ты сама говорила про программу скорейшего подъема земель.

— Ну, вообще да, — в этот раз Рада ответила не столь уверенно. — Уже много времени прошло. Видимо, не нашлось желающих выкупать собственность, иначе какой-нибудь из имперских родов уже навел бы здесь порядок согласно общим положениям и обязательствам, которые на них накладывает император.

Черт. Черт-черт-черт. Вот уж не думал, что начну понимать старика-некроманта. Тут действительно начнешь задумываться, а так ли безупречна империя?

Дальше я старался не смотреть по сторонам и как можно меньше сравнивать свои воспоминания с тем, что царило вокруг. Все очень отличалось, очень.

— У Талсоданов здесь есть небольшой дом, — огласила наши дальнейшие планы Рада. — Там и остановимся.

В теперешних обстоятельствах я уже с большим опасением относился к идее побывать в фамильном столичном особняке моей семьи. Про главную резиденцию, стоявшую на нашем Источнике, можно даже не вспоминать, туда меня не пустят однозначно. Уж на такие вещи точно нашлись желающие, не то что на промышленный город, который пока никто не хотел брать под свое крыло.

Пока ехали, отвлекал себя мыслями на тему того, какой дом принадлежал Талсоданам. Я знал, в какой-то мере, все особняки в черте города. И по личным связям, и по долгу службы, так сказать. Бывал не во всех, но снаружи видел, как минимум. Да и были эти дома чем-то вроде достопримечательностей города, каждый хотел чем-то выделиться на фоне других, и порой это приводило к довольно неоднозначным результатам. Чем дальше мы ехали, тем сильнее сужался круг возможных точек назначения.