Книга Я вернулся. Том 6, страница 36 – Андрей Ткачев, А. Байяр

Я найду способ подобраться к нему еще ближе, и тогда никаких больше жертв. Никакой сыворотки и прочего дерьма, связанного с ней. Тогда какой смысл продолжать тянуть время?

Мы просто оттягивали бы неизбежное. Неизбежную победу или поражение в этой партии длительностью аж в двадцать с лишним лет.

В этом уравнении не оставалось места лишь для Харин. Я уехал сюда, нарушив все наши планы на ближайшие дни, так что связаться с ней следовало сегодня или в крайнем случае завтра. Сделать это на базе я смогу уже вряд ли.

* * *

Место неизвестно.

В настоящее время…

— Только попробуй вякнуть, что не имеешь к нему отношения! — треснул Первый кулаком по столу перед лицом Четвертого, и его металлический поднос со звоном приземлился на пол.

«Чтобы альфа вдруг выступил против омеги? Это что-то новенькое…»

Шестой уже давно понял одну вещь: правила, которые в пределах базы следовало соблюдать неукоснительно, были созданы для того, чтобы он нарушал их с позволения отца. Именно в этом заключалась его роль, и парень с гордостью нес на себе бремя цепного пса организатора.

Вот и сейчас с легкой улыбкой на губах модификант наблюдал со стороны за развернувшимся в столовой конфликтом. Не вмешиваясь в него, но при этом впитывая в себя каждое слово, чтобы затем предоставить отцу подробный отчет.

Кому-то ведь нужно было следить за дисциплиной изнутри. А чтобы доверие остальных братьев не пошатнулось, желательно всего-то делать это исподтишка.

— Сначала Седьмой, а теперь еще и Третий как сквозь землю провалился, — прорычал альфа, склонившись над ухом невозмутимого на вид младшего брата. — И кто же будет следующим? Ты⁈

— Если у тебя помимо подозрений в голове имеются еще и доказательства на руках, — уставился Четвертый в невидимую точку перед собой, едва шевеля губами, — можешь идти с ними напрямую к отцу. Ах да… Он же тебя не примет. Никого из нас не примет. Мы даже не знаем, как он выглядит. Всё, на что он горазд — дистанционно отдавать нам распоряжения.

— Громкие слова, которые вполне можно принять за доказательство твоей причастности к побегу профессора, — подметил Пятый. — Подумал бы сначала, прежде чем открывать рот.

— Я думаю. Думаю о том, что собой представляют люди. Думаю о том, что собой представляем мы, и с каждым годом граница между нами размывается в моем понимании всё сильнее.

— К чему ты клонишь вообще⁈ — окончательно потерял терпение Первый, хватая омегу за шиворот и отрывая от скамьи. — Где мы, а где они, ты хоть мозгом своим воспаленным понимаешь⁈ Мы обязаны отцу одним своим существованием. Превосходством. Всем, что имеем! А ты так вот просто собрался откусить руку, которая тебя кормит⁈

— И что ты по итогу имеешь, Первый? — не дрогнул омега перед обвинениями старшего. Они его даже позабавили. — Если тебе нечего терять, ты не имеешь ничего, — сам же ответил парень на свой вопрос.

Свидетели конфликта с интересом наблюдали за тем, кто же из братьев возьмет верх, но парни, похоже, решили сойтись на ничьей.

Гневно рыкнув Четвертому в лицо, альфа отпустил его, а затем пнул валяющийся на полу поднос с едой, широким шагом пересек столовую и покинул ее, громко хлопнув дверьми.

— Если бы на твоем месте очутился Седьмой, — только сейчас весело подал голос гамма, — живым отсюда вышел бы лишь один из них. Но со словами ты, и впрямь, будь поосторожнее.