Книга Да, я счастливчик, и что с того?! Том 1, страница 106 – Илья Романов, А. Байяр

Посему выходит, что обучена Полиночка была по совести, как и полагается девушке ее статуса. И держаться с достоинством, и говорить она умела не хуже любой другой аристократки. Но с небольшой оговорочкой: исключительно в присутствии своего отца. Или я еще чего-то не знал о ней? Она настолько напугана? Или же просто подмазывается, чтобы заслужить прощение?

— Нас ждет долгий разговор, Аполлинария Львовна, но не здесь. Я считаю, у нее достаточно уважительная причина для того, чтобы получить отгул на завтрашний день, — обратился Император уже к ректорше.

— Да, разумеется, — отозвалась та. — Преподаватели будут оповещены. А также крайне огорчены тем, что девочка пропустит так много важного материала.

— Был рад увидеть вас в добром здравии, Маргарита Артуровна, — довольно холодно ответили ей.

— И вам доброй дороги, Ваше императорское величество.

Я едва успел отскочить от двери, когда ее открыли чуть ли не перед самым моим носом. Облокотился на стену, скрестил руки на груди и как бы между прочим проводил выходящих из кабинета отца и дочь взглядом.

— Вот и всё, Димитрий Павлович, — остановилась Полиночка передо мной, нежно улыбнувшись и потупив взгляд. — Видимо, не суждено нам провести вместе еще хоть пару дней…

Чего ты творишь, чертовка?!

Император в сопровождении трех гвардейцев обернулся, невольно становясь свидетелем душещипательной сцены разлуки двух влюбленных. Сцены, в которую меня вписали, предварительно об этом не оповестив!

Но это была далеко не верхушка айсберга, потому что княжна уверенно взяла меня за руку и прижала тыльную сторону моей ладони к своей щеке. Трепетно вздохнула.

— Дадут боги, свидимся, Димитрий Павлович! Я буду помнить вас всегда… — и, чмокнув меня в щеку, девушка отправилась к нахмурившемуся отцу, который уже сверлил меня хищным взглядом, как проходимца какого-то.

Что ж… Вот и настал момент встать на защиту своего доброго имени. Заодно и на защиту свободы Полиночки, раз уж на то пошло. Неплохо, когда княжна у тебя в неоплатном долгу, но еще лучше, если ее отец не посчитает тебя роковым совратителем.

— Доброе утро, Ваше императорское величество, — склонил я голову в почтительном поклоне, приблизившись к государю. — Хотел бы кое-что прояснить, дабы не возникло неудобных мыслей в отношении меня и…

— Димитрий Павлович? — изогнул мужчина густую бровь. — Сын моего доброго друга Павла Платоновича Гордеева? Вот уж не ожидал, что вы станете одним из кандидатов на руку и сердце моей дочери.

Твою ж маму… Неудобно как получилось-то.

— К слову, далеко не худшим из них, — неутешительно добавил он, и я готов был матюгнуться прямо сейчас, но терпение — одна из благодетелей королей. Или аристократов, если брать в частности мой случай. — Я был бы не против пообщаться с вами в более непринужденной обстановке, но, к сожалению, не располагаю необходимым для этого временем. Пока что.

— Счел бы за честь с вами побеседовать, — ответил ему, дежурно улыбнувшись.

— Тогда сообщу Павлу Платоновичу, когда смогу совершить к вам визит. Учитесь прилежно, молодой человек. Знание — сила.

— Именно так, — кивнул.

А когда он направился дальше по коридору, Полиночка глянула на меня с прищуром, свела большой и указательный пальцы вместе, закруглила их и едко прошипела мне в лицо: