Книга Сын палача. Том 1, страница 93 – Андрей Ткачев, Вадим Оришин

— До встречи, Аннэль.

Мне следовало вернуться в больницу, потому что рука начала подозрительно ныть. Да и не рассчитывал я гулять до поздней ночи, ведь Рада может вернуться за мной в любой момент. А отчитываться еще перед одной девушкой мне совсем не хотелось.

Сориентироваться и найти обратную дорогу было несложно.

* * *

Зак немного поворчал для порядка, но вернул меня в палату, оставив наедине с собственными мыслями.

Был еще один вопрос, для решения которого мне был нужен покой и желательно тишина. Устроившись довольно-таки удобно, насколько это позволяла больничная койка, я обратился к собственной магии, что находилась во внутреннем источнике (его еще часто называют резервом), являющемся точкой сосредоточения всей энергетической системы мага, и прислушивался к ее хаотичному биению. Отзыв пришел сразу. Магия аспекта хаоса не всегда была послушна в вопросах, касающихся эффекта заклинания, но вот отзывалась намного проще других. Так же как и магия порядка, делавшая возможным существование паладинов. Две противоположные сферы. И сколь многочисленными были паладины, для вступления в ряды которых совсем не требовалось родиться с магическим даром, столь же малочисленными были маги хаоса.

На войну я отправился уже инициированным магом третьего круга, для моего возраста это можно было считать достижением. Прошел все до самого конца, затем просидел в темнице, а сейчас поддерживаю магию только эссенцией. Аннэль права, на одной эссенции магию третьего круга использовать сложно, почти невозможно. Нужно очень плотно подумать над тем, каким образом это получается.

От размышлений при изучении собственной магической энергосистемы, что, кстати, может далеко не каждый маг (ага, я очень скромный, но тщеславие мне знакомо), меня отвлек недовольный стук в дверь. Естественно, дожидаться моего ответа или разрешения Зак, а это был именно он, и не думал, сразу войдя и с порога сообщив:

— К тебе там гость. Я его почти не знаю, он иногда покупает у нас некоторые укрепляющие составы и лекарства, но выглядит этот старик подозрительно. Ты кого-то ждешь?

А ведь Зак на своем уровне вполне способен почувствовать ауру, даже если маг ее скрывает.

— Подозрительный, потому что маг смерти? – уточнил я, на что получил утвердительный кивок. – Да, я его знаю. Не думал, что граф Томек Грахтарн придет прямо сюда, но… Раз уж пришел.

Зак немного удивился, скорее всего припомнив, что в нашем последнем разговоре я упоминал это имя. Не думаю, что лекарь испытывает сильный пиетет перед старым родом уже несуществующего, благодаря победе империи, королевства.

— Я впущу его, – решил маг жизни, – но разговор пройдет в моем присутствии.

— Вряд ли старик на это согласится.

— Тогда путь убирается, – отмахнулся мой друг. – Это моя больница, и здесь я устанавливаю правила.

Я улыбнулся. Склонность Зака к властности, когда он находился в пределах своей вотчины, меня всегда умиляла. Особенно это проявлялось в ситуациях, когда в полевой лазарет приносили раненых – в этот момент он мог отдавать приказы и вышестоящим офицерам, как правило, даже те ничего не говорили о таком поведении одного из лучших магов жизни в нашем формировании.

Старый граф в этот раз выглядел несколько лучше. Он походил на горожанина и потому мог легко смешаться с толпой. Завидно. Начинаю думать, что, пока я тратил впустую время, просиживая задницу в темнице, все вокруг оттачивали новые умения. Томек зашел в палату, а затем обернулся на следовавшего за ним мага жизни, вставшего у стены. Опережая обоих, я говорю: