Книга Сын палача. Том 1, страница 79 – Андрей Ткачев, Вадим Оришин

Я хватаю напарницу, которая, по всей видимости, редко сталкивалась с таким противником и непозволительно долго стояла на одном месте, и тяну ее назад, дальше от волка. Егеря, правильно трактуя мои действия, направляют луки и только-только перезаряженные арбалеты. В этот раз синхронного выстрела у них не получается, но все стрелы летят в цель.

Захлопали разрывы, поглощая лютоволка. Но ожидаемого крика боли мы не услышали. Атака достигла монстра, но практически не причинила ему вреда. Разрывы увязли в извергаемом шерстью тумане.

Тварь сильна. Пожалуй, куда сильнее, чем может показаться на первый взгляд. Эта мысль еще не до конца сформировалась в моей голове, а тело уже действовало на автомате.

— Прикрой меня, – коротко бросаю Раде, сосредоточившись на магии монстра.

Он уже совершает рывок, оставляя на земле следы в виде огромных заледеневших пятен. Группа егерей в растерянности, осознавая, что их атаки не принесли результата. Они все еще могут сражаться, но пребывают в секундном замешательстве, а медлить нельзя. И тут огненная волшебница снова выходит вперед.

— Поберегите стрелы, мы снимем его защиту! – выкрикивает она, прежде чем обрушить на тварь очередной поток пламени.

Оптимистка.

Мне нужно отрешиться от боя. Рискованно, но сейчас, без источника, любая сложная магия была для меня подвигом. На пике силы я бы этого щенка раздавил в одиночку, просто подавил бы, превратив в ничто. Даже расщепляющий луч, одно из основных боевых заклинаний хаоса, нарушающее связи между тканями тела, в текущем состоянии при максимальном безукоризненном исполнении лишь оплавит монстру голову. Вложись я, как положено магу третьего круга, от лютоволка остались бы лапы и хвост. К сожалению, приходится оперировать заклинаниями совершенно другого уровня.

Монстр. Сама его жизнь, в отличие от существования нормального животного, состояла из сложной многоуровневой структуры магии. Лютоволк уже не был животным, которое представляло лишь внешнюю оболочку, его материальную форму. По сути, это существо уже трансформировалось в полуреальный дух, связанный с чем-то иным за счет магии. Да, убивать таких тварей простыми физическими атаками все еще было можно, и так делали, особенно когда отсутствовали маги. Сейчас я стремительно пытался разобраться, хотя бы поверхностно, в структуре этого существа. Меня интересовали три аспекта – защита, туман и регенерация. Нарушу их, и монстру придет конец. Звучит куда проще, чем…

— Солрэн! – раздался крик Рады.

В меня кто-то влетел, опрокидывая на землю. Егерь, один из егерей, все что я успел увидеть, прежде чем на него опустилась лапа лютоволка. Резко стало холодно.

Уже тело мужчины защитило меня, но очень быстро промораживалось, неприятно хрустя под тяжестью монстра. Что мешает зверю растерзать егеря вместе со мной, я не видел, лишь ощущал, как эта тварь дергается, вероятно, отбиваясь от атак. Для монстра он ненормально чувствителен, а магические проявления не говорили, а кричали о довольно огромной силе.

Егерь уже был мертв. Его посиневшее, покрытое инеем, искаженное в гримасе сдерживаемой боли лицо смотрело на меня. Лапа лютоволка все глубже погружалась в его тело, тяжесть сдавливала мою грудь. Это изрядно мешало сосредоточиться, с трудом я смог вновь вернуться к магии. Пытаюсь справиться хотя бы с защитой, чтобы стрелы егерей представляли для этой твари опасность, а не только слегка опаляли шкуру.