Книга Профессор магии на полставки. Том 7, страница 132 – Андрей Ткачев, Георгий Сомхиев

Думаю, стоит упомянуть и то, что я стал сильнейшим магом во всей империи. Попросту не нашлось противника, кто бы смог хоть как-то противостоять мне. Пожалуй, исключением можно было назвать только Викторию, поскольку она хорошо знала все мои приёмы. Ну и, пожалуй, ещё Волков — вот уж кто десять лет не сидел сложа руки и без устали тренировался в Аномалиях, уничтожая самых опасных монстров.

В остальном моя жизнь осталась прежней. Академия, дом, рейды в Аномалию, досуг, споры с Вороном… Всё как обычно. Ни прибавить, ни убавить. Впрочем, главное что меня такая жизнь более чем устраивала. Я чувствовал себя счастливым, и это главное.

У остальных тоже удачно сложилась жизнь. Взять хоть тех же преподавателей, с которыми я активно контактировал в первый год свою бытность профессора.

Зорина, даже получив титул великого мастера, не покинула Академию и возглавила алхимический корпус после смерти Захарова. Последний спокойно и без происшествий, просто умер от старости, в возрасте ста двадцати трёх лет.

Её жажда исследовать новое угасла, но на её место пришло желание передать свои знания как можно большему количеству людей.

Само собой, я поддержал эту идею, и помогал девушке получать все необходимые ингредиенты. Даже очень редкие, если она просила. В конце концов, такие инвестиции окупились. Число новых юных алхимиков в Академии резко возросло, что не могло не радовать.

Также нельзя не упомянуть наше сотрудничество с Дарьей. Несмотря на расширение Атриума, треть всех заказов шло именно от неё. Количество изготовляемого нами парфюма было настолько велико, что пришлось открывать дочерние фирмы, а то у людей возникала путаница.

А так, у сестры Ксении всё шло хорошо. Ей понравилось жить в Китайской Империи настолько, что она стала возвращаться в Российскую Империю только на семейные собрания. Но это не мешало время от времени переговариваться по телефону и делиться новостями из жизни. Как ни крути, мы были не только бизнес-партнёрами, но ещё и хорошими друзьями.

Елизавета Петровна и Майя сдружились и быстро нашли общий язык. Количество новых, изобретённых с нуля артефактов становилось всё больше и больше. Своими наработками девушки охотно делились с учёными и гильдией артефакторов. Вскоре их наработки стали использоваться в повседневной жизни, например в тех же автомобилях или средствах связи.

Чуть ли не вся империя узнала про этот странный дуэт. Майе по такому поводу хотели сделать аристократкой за свои заслуги, но девушка отказалась, чем ещё больше заработала славу и авторитет среди простолюдинов. Хотя её мотив был прост — она не хотела влезать во все эти аристократические интриги, и просто хотела заниматься любимым делом вместе со своей наставницей.

Вскоре также появился музей артефактории, названный в их честь. Что забавно, моё имя там тоже мелькало, поскольку я пожертвовал туда часть созданных мною артефактов.

Сейчас они вовсю занимались созданием какого-то нового артефакта для международного проекта. Он должен был повысить урожайность, делая пригодной почву в засушливых местах. Я во все эти тонкости не вникал. Мне хватало знать того, что с ними всё в порядке и они довольны своей жизнью.

Оболенский возглавил дисциплинарный комитет в школе, наказывающий особо наглых аристократов. Параллельно он также вёл учёбу в спецклассах, вместе с Кайросом и Селеной. Не могу сказать, что жизнь графа сильно поменялась, но он был полностью доволен положением дел.