Книга Профессор магии на полставки. Том 3, страница 106 – Андрей Ткачев, Георгий Сомхиев

— И впрямь весьма личный вопрос. Можно сказать и так. Нравится, — увидев растерянный взгляд девушки, я усмехнулся и добавил: — Однако ничего серьёзного между нами нет. Да и никто из нас к этому не стремится.

— Ясно. Спасибо, что рассказали, — поблагодарила меня девушка. — Это не давало мне покоя. И надеюсь, вы не станете рассказывать об этом моей сестре. У нас с ней… странные отношения, назовём это так.

— Она о вас беспокоится, — сказал я, и под удивлённый взгляд студентки поставил чашку с кофе на стол. — Впрочем, не мне лезть в семейные дела. Если хотите совета — поговорите с ней по душам. Как правило, это работает всегда.

— Или сразитесь. Тоже рабочий метод, — вставил своё слово Ворон, появившись прямо на плече девушки. От неожиданности она чуть его ладошкой не ударила, остановившись в считаных сантиметрах. — Можете не пытаться, таким образом мне не навредишь.

— Приятного аппетита, — сказал я, и, пройдя с тарелкой дальше, опустился в кресло.

Ксении бы стоило хотя бы спросить у Морозовой, как обычно проходят наши разговоры. Глядишь, сейчас она не витала бы в облаках, пытаясь осмыслить внезапное появление сущности тьмы.

А так бодренько конечно утро началось. Главное, чтобы вся неделя так не прошла, иначе чувствую, все накопленные за время отпуска силы быстро сойдут на нет.

* * *

Вместе с последним экзаменом, все студенты разъехались кто куда, по своим делам. Кто-то на важные встречи, кто-то в родовое поместье, а кто-то просто отдыхать. Это касалось в том числе и моих студентов.

Академия заметно опустела, и здесь стало очень непривычно находиться. Впрочем, всё равно это ненадолго.

Утро также порадовало меня хорошими новостями. Патенты на ментальный и магический усилитель попали на стол Имперской Канцелярии. Теперь оставалось ждать проверку, чтобы его одобрили. Этот вопрос я полностью оставил на Зорину, так что можно было не волноваться.

А вот с грантом появились проблемы, и всё из-за Яковлева. Заместитель ректора явно не горел желанием одобрять грант — цеплялся за любые формулировки в законе, выискивая лазейки и намеренно тянул время.

Изначально мне было плевать на деньги с гранта. Что они будут, что их не будет, какая разница? Сумма так отнюдь не столь огромная, чтобы за неё хоть сколько-то переживать. Это скорее очень приятный бонус для Зориной, у которой с финансами дела обстоят куда хуже, чем у меня.

Но после действий Лаврентия Матвеевича, это стало делом принципа. Отказываться от денег я не собирался, как и просить помощи у главы корпуса алхимиков или ректора.

Старик мой намёк всерьёз не воспринял, и решил, что ему всё дозволено. Значит ему надо напомнить, с кем он связался.

— Опять вы? — с угрюмым видом спросил он, сверля меня своим зелёным и карим глазом.

— Нет, ваш здоровяк, который снова не хотел меня впускать, — с ухмылкой на лице ответил я, показывая большим пальцем в сторону входа. — Вы бы ему хоть сказали, чтобы не нарывался. А то оскорбить Воронова может каждый. Не каждый потом это оскорбление переживёт, — весело подмигнул я ему.

— И вы ещё удивляетесь, почему вас отстранили от работы преподавателя? — хищно прищурился Яковлев, держа трость в руке.

— Конечно. Самая проблемная группа в Академии, по сравнению с вашим охранником, невинные котята, — сложил я руки на груди и показательно нахмурил брови. — Вы бы его манерам научили. Или мне придётся этим заняться.