Книга Младший сын князя #02, страница 81 – Андрей Ткачев, Георгий Сомхиев

В общем и целом, сделал благое дело.

Между делом я тренировался с Айрис, с которой отрабатывал приёмы мечевого боя, которые я изучал прямо на поле боя у того, кто готов был обучать. По этой причине о систематизации знаний не приходилось говорить, зато меня научили эффективно убивать противника и самому получать меньше ранений. Это было как раз тем, в чём сама девушка была слаба, и, как и я, она многому училась у спарринг-партнёра.

Правда, учитель из меня был такой себе.

С Тимофеем, который на удивление стал принимать более активное участие после недавнего происшествия, мы отрабатывали магические приёмы. С ним я в любом случае тягаться не мог, всё же разница в магических кругах весьма ощутима, да и опыт применения магических конструктов у парня был довольно большой. Недаром же он занимал первые позиции в моём отряде.

Но тем не менее, благодаря моим знаниям и то, что я видел создаваемые им плетения, я постепенно улучшал показатели парня, да и сам во время наших тренировок я развивал магические каналы в этом теле.

Талант-то мой перенёсся в этот мир, видимо, с моей душой, но само тело Евгения к столь специфическим нагрузкам не было готово. Вот и приходилось нагружать энергоканалы, чтобы они становились крепче и могли пропускать большие объёмы магической энергии.

Иногда, в том числе занимался и с Анной, но в последнее время моя личная слуга, в отличие от Тимофея, который был занят исключительно бойцами и обеспечением безопасности, погрузилась полностью в бюрократические дела.

Как-никак поступление требует предъявить кучу документов, да и оформить всё надо по правилам, чтобы потом от сотрудников Академии ко мне было меньше вопросов. Тут и вопросы проживания, и документы для поступления, да и многое другое, во что, честно говоря, я не имел никакого желания углубляться.

И, разумеется, иногда проходили тренировки в смешанном составе, когда я испытывал себя в борьбе против всех вместе. Правда, в последнем случае мне очень больно прилетало и повторять такой опыт не очень хотелось. И тем не менее, такие тренировки я не забрасывал, понимая их полезность.

Хотя куда больнее было тогда, когда за меня бралась Виктория. С её безумной скоростью и ловкостью я просто ничего не мог сделать. А как изящно она проводила каждую атаку… Жаль, правда, за этим изяществом следовала боль, которую при моих нынешних способностях было тяжело так просто заглушить или не обращать на неё внимания.

Да, с одной стороны, я получил свой первый круг маны, а вот с другой — большого эффекта я от этого не добился. Большая, пусть и не критичная часть моих и Евгения воспоминаний была перемешана и запечатана. Часть этого клубка я распутал, но ведь только часть. И покуда каждый кусок или почти что всё не будет в должной мере распечатано, я не смогу проявить свои способности.

Недаром маги-аналитики первым делом учатся тренировать разум. Если разум будет не в порядке, то и применить свою магию на все сто процентов он не сможет никак. В том числе в контроле эмоций. Другими словами, вместо того, чтобы полностью заглушить боль, он заглушит её процентов на сорок-пятьдесят. И то всё это весьма условно.

Правда, при этом я недавно стал задаваться ещё одним вопросом, на который пока не видел ответа. Это было очень странное чувство. Я понимал, что чувствовал почему-то боль незадолго до своей смерти.