Книга Законник Российской Империи. Том 7, страница 106 – Андрей Ткачев, Оливер Ло

— Теперь они знают о моей способности. Сегодня я продемонстрировал ее перед всеми.

— Но они не понимают ее истинной природы, — Мария покачала головой. — Иначе бы уже предприняли более решительные меры.

Я посмотрел на нее и задал вопрос, который мучил меня с тех пор, как узнал, что встречаю не настоящую мать, а лишь отпечаток ее личности.

— Мне нужно знать ещё одну важную вещь, — я постарался, чтобы голос звучал твердо. — Кто убил тебя и почему?

Мария долго молчала, глядя куда-то вдаль. Наконец она снова повернулась ко мне, и я увидел в ее глазах боль.

— Совет Вечного Города приказывал мне вернуться, но я отказалась, — тихо сказала она. — Я хотела дать этому миру время. И время тебе, Максим.

Она снова взмахнула рукой, и перед нами появилась новая сцена — ночь, дождь, императорский дворец в Петербурге. Молодая Мария Леонхарт в промокшем плаще стоит у опушки леса, окружающего дворец. Перед ней — пятеро фигур в темных одеждах.

— В итоге за мной пришли пятеро, — продолжила она. — По приказу пяти членов совета: Селины, Гелиоса, Элиары, Адамантиса и Терсилия. Они решили избавиться от меня как от проблемы. Я почувствовала неладное и приказала Эдварду забрать тебя, мое дитя, и бежать из столицы. Сама же осталась без защиты, и… они убили меня.

Я смотрел на разворачивающуюся перед глазами сцену — пять элитных убийц Вечного Города, чьи лица скрывали капюшоны, окружают мою мать. Она сражается отчаянно, использует какие-то странные формы магии, которых я никогда раньше не видел. Двое нападавших падают раненные, но остальные продолжают натиск и, в конце концов, один из них пронзает ее грудь клинком из странного материала, светящегося изнутри.

Ярость поднялась во мне темной волной, застилая глаза. Так вот как это было. Она могла спастись, могла бежать вместе с Эдвардом и со мной. Но вместо этого осталась, чтобы выиграть нам время.

Я протянул руку и коснулся щеки Марии, уже не сдерживая эмоций.

— Клянусь, я не только остановлю процесс перезаписи, но и отомщу за тебя, — мой голос прозвучал жестче, чем я намеревался. — Каждый, кто приложил руку к твоей смерти, заплатит сполна.

Мария кивнула, и по ее щеке скатилась слеза.

— Теперь, когда ты здесь, когда ты знаешь правду… тебя больше ничего не сдерживает, — она провела рукой по моему лицу, словно пытаясь запомнить каждую черту. — Ты должен вспомнить то, что я заблокировала в твоих воспоминаниях. Ради твоего же блага.

— Что ты имеешь в виду? — я нахмурился.

— Прости, но я скрыла от тебя самое страшное, — она отступила на шаг. — Сейчас ты вспомнишь все.

Мария коснулась моего лба, и мир взорвался перед глазами калейдоскопом образов.

Я увидел мегаполис — огромный, сияющий неоном и стеклом, с небоскребами, уходящими в облака. Моя прошлая жизнь, мой мир. А затем — тьма, наползающая с горизонта. Небо, расколотое пополам, как треснувшее стекло. Земля, разверзающая пасти-провалы, поглощающие целые районы. Люди, кричащие в ужасе, бегущие прочь от надвигающейся стены разрушения.

И я, стоящий на крыше небоскреба, беспомощно наблюдающий, как мой мир умирает. Как реальность складывается внутрь себя, как оригами, которое небрежно смяли и выбросили. Как все, что я знал, любил, ненавидел, исчезает в пульсирующей пустоте.

В моих руках трещала странная энергия — темная, с фиолетовыми всполохами. Я не боролся с ней, как будто всегда знал, что она существует. Она была частью меня, как воздух в легких, как кровь в венах.