Книга Законник Российской Империи, страница 69 – Андрей Ткачев, Оливер Ло

Я почувствовал себя неловко. Письма? Конечно, я писал их, но никогда не придавал им особого значения. Для меня это был просто способ поддерживать связь с семьей. А оказалось, что моя маленькая сестренка восприняла их всерьез и даже раздумывала над ними.

— Ты… сохранила мои письма? — спросил я удивленным тоном.

— Конечно! — воскликнула Настя. — Я храню каждое твое письмо. Они помогали мне чувствовать, что ты рядом, даже когда ты был так далеко. В столице сложно завести друзей, все ищут выгоду, а Саша… Ну, это Саша. Он вредный и глупый, мальчишка совсем не то, что старший брат.

Я почувствовал, как что-то сжалось в груди. Все эти годы я жил двойной жизнью — с одной стороны, вспоминая свое прошлое, с другой — пытаясь адаптироваться к новому миру. И в этой суете я как-то упустил из виду, насколько важным мог быть для кого-то другого.

— Может, стоит дать ему шанс? Он заносчив, но, думаю, не так плох, как ты думаешь, — решил я сменить немного тему, но Настя, будто не услышала. Она улыбнулась и снова взяла меня за руку.

— Пойдем, я покажу тебе остальной сад. Ты не поверишь, какие еще сюрпризы здесь есть!

Мы продолжили нашу прогулку, и я с удивлением обнаружил, что начинаю по-настоящему наслаждаться этим временем, проведенным с сестрой. Она рассказывала мне истории о каждом уголке сада, о том, как менялось поместье за те годы, что она была здесь.

Когда мы наконец вернулись в дом, уже совсем стемнело. Прощаясь с Настей, я поймал себя на мысли, что впервые за долгое время чувствую себя по-настоящему дома.

На следующее утро я проснулся с первыми лучами солнца. Воспоминания о вчерашнем вечере еще витали в моей голове, но я знал, что сегодня меня ждут более серьезные дела. Быстро одевшись и перекусив, я направился в Судебное Бюро. Благо удалось ускользнуть без лишнего внимания. С семьей дела я наладить еще успею, а вот со своими покушениями — могу и не успеть.

Хотя, кого я обманываю. Умирать в ближайшее время я явно не собираюсь. Пусть мои недруги умирают в процессе и их число сокращается — так куда лучше.

Улицы столицы уже кипели жизнью. Торговцы раскладывали свой товар, чиновники спешили на службу, а воздух наполнялся запахами свежей выпечки и кофе. Я шел, внимательно наблюдая за окружающим миром, отмечая про себя каждую деталь. В конце концов, кто знает, какая мелочь может оказаться важной в будущем?

Здание Судебного бюро возвышалось над окружающими домами, как огромный корабль среди моря мелких лодок. Его фасад, украшенный колоннами и статуями, внушал уважение и трепет. Я поднялся по широким ступеням, кивнув охранникам у входа, и вошел внутрь.

Внутри царил привычный хаос, который я уже видел в прошлый раз. Воздух был наполнен шелестом бумаг, стуком печатей и гудением голосов. Я уверенно направился к лестнице, ведущей на третий этаж, где располагался кабинет Соколова.

Поднявшись, я заметил, что коридор был практически пуст. Я подошел к двери кабинета Соколова и, после короткого стука, уже протянул ручку двери на себя, когда заметил движение краем глаза. Это было просто на фоне окружающей пустоты.

Молодой служащий, видимо, новичок, спешил по коридору, неся огромную стопку бумаг. Он явно не замечал ничего вокруг, полностью сосредоточившись на том, чтобы не уронить свою ношу. Я мгновенно среагировал, схватив его за воротник и дернув назад.